— Возвращайся в свою комнату, — велю я, получая удовольствие от того, что отсылаю девушку прочь по своей воле. Она моя пленница, и хорошо бы ей помнить об этом. Может, я и разрешил ей ходить по дому, но это ничего не меняет. Она ест, когда я скажу. Носит, что я скажу. Приходит, когда я скажу. И уходит, когда я скажу.

Несса счастлива покинуть меня. Она убегает, и подол зеленого шелкового платья развевается за ней, словно плащ.

Как только моя гостья покидает меня, я жду, что вернусь в свое привычное состояние апатии. Несса — всего лишь вспышка на моем радаре — секундная встряска, которая проходит столь же быстро.

Но не сегодня. Ее аромат остался в моих ноздрях — сладкий миндаль и красное вино. Мои кончики пальцев все еще ощущают мягкость ее кожи.

Даже после того, как я наливаю себе выпить и осушаю бокал залпом, волнение и возбуждение не проходят. Мой член неприятно напряжен — он помнит прикосновение к себе стройного бедра Нессы, когда между нами были лишь мои брюки и незначительное количество шелка.

Я выхожу из дома и еду в «Джунгли», лавируя в ночном потоке машин. Я вожу «Теслу», потому что это идеальный автомобиль, чтобы скрыть свое состояние.

Он выглядит как любой другой черный седан и не привлекает ненужного внимания копов, не считая того, что в полной комплектации стоит 168 тысяч долларов. Ускорение похоже на падение с американских горок. Мой желудок сжимается, когда я совершенно бесшумно сворачиваю за угол.

Я паркуюсь позади клуба и вхожу через заднюю дверь, кивая при входе охраннику.

Я направляюсь прямиком к основному бару, проталкиваясь сквозь толпу пьяных посетителей. Петра едва успевает выполнять заказы, но бросает все, когда я киваю ей головой в сторону моего офиса, веля идти со мной.

На барменше купальный топ, едва скрывающий грудь, и обрезанные шорты, из которых торчит половина ее задницы. У нее кольцо в носу, и меня это раздражает, как и ее пирсинг ушей, брови и пупка. Впрочем, мне насрать. Петра может обрядиться хоть в костюм гориллы, я и глазом не моргну, пока могу добраться до тех частей ее тела, которые меня действительно интересуют.

— Не знала, что ты собираешься заглянуть сегодня, — мурлычет она, следуя за мной.

— Я и не собирался, — сухо отвечаю я.

Закрываю за нами дверь и срываю с Петры топ, обнажая грудь.

Обычно мне нравится смотреть, как она колышется, пока мы трахаемся, но сегодня вид этой голой плоти кажется мне… чрезмерным.

Так что я разворачиваю Петру и кладу ее лицом на стол. Вид сзади не лучше. Ее большая круглая задница охлаждает весь мой пыл, как и неприятный запах ее пота, и тяжелый аромат парфюма, не скрывающий того факта, что она курит. Такого со мной еще не бывало — раньше это меня не волновало. Но вдруг стало.

Впрочем, мой член это не беспокоит.