Я не сомневаюсь, что она будет держать язык за зубами. Это кузина Йонаса из Болеславца. Даже если бы Клара знала английский, она не посмела бы навлечь на себя мой гнев. Я в два счета могу отправить ее обратно в эту дыру. Или закопать.

Я вношу Нессу в ее комнату. Дом продавался со всей мебелью, и здесь стоит старинная кровать из темного дерева с пыльным балдахином малинового цвета. Я кладу девушку поверх покрывала головой на подушку.

Йонас следует за мной. Он стоит в дверном проеме, оценивая взглядом обмякшее, беспомощное тело Нессы. Брат похотливо ухмыляется.

— Помочь тебе ее раздеть?

— Нет, — резко отвечаю я. — Можешь идти.

— Как скажешь. — Йонас разворачивается и неторопливо уходит прочь.

Я жду, пока он скроется, а затем снова смотрю на бледное лицо девушки.

Ее брови сведены вместе, что придает ей жалобный вид, даже с закрытыми глазами. Ее брови намного темнее волос, они словно нарисованы углем.

Я снимаю с Нессы кеды и бросаю их на пол у кровати. Под ними на ней надеты маленькие носочки, такие, которые прикрывают только половину ступни, чтобы не торчать из-под обуви. Я снимаю носки, открывая взгляду маленькие худенькие ступни, убитые в хлам. На них синяки, волдыри и мозоли, а на нескольких пальцах ног красуются пластыри. При этом ногти покрашены в розовый цвет в настолько жалкой попытке привнести красоту, что меня почти пробивает на смех.

На девушке остаются джинсы и толстовка на молнии.

Снотворного, которое вколол ей Йонас, хватит надолго. Я мог бы раздеть Нессу догола, если бы захотел. Она бы даже ничего не почувствовала. Наверное, это было бы забавно. Девушка проснулась бы, не имея ни малейшего понятия, что с ней произошло.

Мои пальцы задерживаются на ее груди, слегка касаясь молнии на толстовке.

Затем моя рука опускается вдоль тела.

Несса и так будет в ужасе. Нет смысла доводить ее до паники.

Вместо этого я накрываю гостью одеялом.

В спальне уже темнеет. Здесь зарешеченные окна из свинцового стекла, разбить которые почти невозможно. Даже если бы удалось — комната расположена на третьем этаже, и поблизости нет ничего, по чему можно было бы спуститься. А вокруг каменные стены, камеры и датчики движения.

И все же в качестве дополнительной меры я беру с прикроватной тумбочки GPS-браслет, который ждал своего часа, и с щелчком застегиваю его у нее на лодыжке. Браслет тонкий и легкий, но держится не хуже наручников — ударостойкий, водонепроницаемый и открывается с помощью кода, который знаю один лишь я.

Я выхожу из комнаты, запирая снаружи дверь.

Затем опускаю ключ себе в карман.

Никто не войдет туда без моего разрешения.

Я прихожу в себя в темной комнате на незнакомой кровати.

Первое, что я чувствую — это пыльный запах старины. Пахнет старым деревом. Сухими лепестками роз. Пеплом. Затхлыми шторами.