Несмотря на довольно устрашающий вид, он дружелюбно спрашивает:

— Что-то с двигателем?

— Не знаю, — отвечаю я, открывая дверь и тоже выходя из машины. — Я ничего не смыслю в автомобилях. Как раз собиралась кому-нибудь позвонить.

— Дайте-ка посмотрю, — говорит он. — Возможно, я сэкономлю вам на эвакуаторе, если это легко исправить.

Я хочу сказать ему, что беспокоиться не стоит. Дым и запах стоят такие, что вряд ли мой автомобиль сам куда-то уедет. Нет никакого резона марать руки. Но мужчина уже осторожно открывает капот, стараясь не обжечь пальцы о перегретый металл.

Он откидывается назад, чтобы дым не бил прямо ему в лицо, и, дождавшись, когда тот стихнет, всматривается в двигатель.

— О, вот в чем проблема, — говорит он. — У вас заглох двигатель. Вот, смотрите.

Я не имею ни малейшего понятия, на что надо смотреть, но послушно подхожу и заглядываю внутрь, словно собираюсь внезапно познать основы механики.

— Видите? — он вытаскивает щуп, чтобы показать мне. Это я во всяком случае знаю, потому что видела, как Джек Дюпон менял масло на всех машинах в нашем гараже.

— Как могло закончиться масло? — спрашиваю я.

Всем техническим обслуживанием занимается Джек. Расходуется ли масло, если слишком много ездить по городу?

— Похоже, кто-то его слил, — говорит мужчина. — Досуха.

— Это вроде розыгрыша? — в непонимании спрашиваю я.

— Скорее уловки, — отвечает он.

Я понимаю, что стою совсем рядом с незнакомцем, который появился в тот самый момент, когда моя машина сломалась. Словно он ехал прямо за мной, только и ожидая, когда это произойдет…

Я чувствую острый укол в руку.

Опустив взгляд, я вижу шприц, торчащий из моего тела. Его поршень вдавлен до упора. Затем я смотрю в глаза мужчины, такие темные, что кажутся почти черными — не различить, где кончается зрачок и начинается радужная оболочка. Он выжидающе смотрит на меня.

— Почему вы делаете это? — слышу я свой голос.

Звук проносящихся мимо машин становится глухим и замедленным. Глаза незнакомца — темными точками на размытом фоне. Кости в моем теле растворяются. Я размягчаюсь и заваливаюсь набок. Я бы упала прямо на дорогу, если бы не крепкая хватка мужчины, обнимающего меня за плечи.

Он называется «Дом барона», потому что был построен для пивного барона Карла Шульте в стиле немецкого барокко. Обветренные серые каменные стены, черные кованые решетки, богато украшенные скульптурные рельефы в форме свитков и медальонов и две массивные мужские фигуры, удерживающие на своих плечах портик.

Я купил его, чтобы иметь свое убежище. Место, куда можно пойти, когда хочется побыть в одиночестве.

Теперь я понимаю, что это идеальная тюрьма.

Стоит пройти через кованые ворота, и ты, считай, испарился.

Я хочу, чтобы Несса Гриффин испарилась.