— Ужин через сорок минут, а нам ещё нужно столько всего делать! Немедленно раздевайся!

— Эй, вы, — прикрикнула она на хыр, — помогите ей раздеться, смешайте воду и капните розового масла. Тщательно вымойте её. Везде.

Я пыталась сопротивляться, но шестнадцать пар рук, несомненно, могли гораздо больше, нежели мои две.

Наконец водные процедуры были окончены, а я натёрта ароматным маслом и облачена в тончайшие паутинки кружев, которые Сара почему-то именовала бельем. Да, они оказались удобными, да, прикрывали гораздо больше, чем то, что было на мне в просмотровом зале, но приличная девушка такое не наденет.

Тем более красное белье под белое платье.

Платье было воздушным, невесомым, полностью скрывавшим ноги и руки, со скромным вырезом, отороченным тесьмой. Оно приятно холодило кожу, ниспадая мягкими причудливыми складками.

Мои мокрые волосы тщательно высушили, расчесали и скрепили несколькими заколками с бесцветными камушками.

Побрызгав на меня духами с едва уловимым цветочным ароматом, экономка отошла, чтобы полюбоваться своей работой.

— По-моему, хороша! — улыбнулась Сара. — Теперь можно тебя вести.

Об Арарге я расскажу позже, сейчас времени нет. Надеюсь, ты в курсе, что хозяину нельзя перечить? Поверь, он хороший, больно не сделает, если только не спровоцируешь. И вообще, — она подмигнула мне, — от первого вечера и первой ночи зависит, какие между вами будут отношения. Ты у нас из какого сословия?

— Из второго, — я рассматривала себя в небольшом зеркальце — невинная непорочная дева, будто жертва или жрица.

— Тогда учить тебя пользоваться столовыми приборами не нужно. Пошли, хыры всё уберут, принесут разные мелочи, которые могут понадобиться.

Мы опять спустились на второй этаж.

Высокие кабуки поневоле делали шаги плавными и дробными, а зауженное в бёдрах платье корректировало походку.

Стол в необъятной, по моим меркам, столовой, был накрыт для двоих. Я даже удивилась, что мне дозволят есть вместе с хозяином, но быстро поняла, что ошиблась. Второе место заняла Сара, мне же предложили сесть на скамеечку сбоку от норна. Будто комнатной собачке. Моего мнения никто не спрашивал, хозяин лишь махнул рукой, хлопнув по бедру, и экономка подтолкнула меня к нему.

Забегали слуги, расставляя приборы, раскладывая кушанья, разливая напитки.

Хозяин пригубил вино и протянул бокал мне. Я наотрез отказалась пить, но он был настойчив, поневоле пришлось открыть рот и сделать глоток.

— Перебирайся ко мне на колени, Зеленоглазка, так будет удобнее. Ты ведь голодна?

Я отрицательно замотала головой. Даже умирай я от голода, всё равно не согласилась бы. Я не уличная девка, у меня есть чувство собственного достоинства.

Отрезав ножом кусок мяса, норн насадил его на вилку и скормил мне.