Неужели им не хотелось любви, славы, обычного человеческого счастья, наконец? Или как раз именно несчастная любовь и подвигла многих из них на добровольную изоляцию от мира? Ох уж этот мир, который ей еще только предстоит завоевать. А почему бы и нет? Она вполне готова схватиться с ним на равных.

Но вот бы хоть одним глазком заглянуть в собственное будущее! Что ее ждет впереди? Вереница однообразных, похожих друг на друга лет, в конце которой – неизбежная смерть, или же это будет головокружительный взлет к самым опасным и крутым вершинам, риск, захватывающие дух приключения? Пожалуй, этот вариант ей больше по душе. Все лучше, чем прозябать в болоте, затянутом зеленой тиной.

Послышался стук широко распахиваемой двери, и в комнату вбежала хорошенькая девушка. Она была в страшном возбуждении.

– Мона! Куда же ты пропала! Я тебя везде ищу!

Девушка ловко взлетела на парту и села, удобно устроив ноги на стуле. Да уж! Просто сесть на стул, как все люди, – это не для Сэлли Катс. Одно слово, американка. Легкий акцент, который, несмотря на все старания монастырских педагогов, так и остался у Сэлли, безошибочно выдавал в ней обитательницу Нового Света. Да и все в ее облике говорило о заокеанском происхождении. Волосы цвета спелой ржи в беспорядке рассыпались по плечам, воинственно вздернут кверху курносый носик, ярко-изумрудные глаза в обрамлении длинных пушистых ресниц смотрят лукаво и дерзко, розовые губки капризно надуты. Какая же она хорошенькая, эта Сэлли Катс! Но именно с ней вечно случаются какие-то неприятности. Впрочем, при ее-то взбалмошности, чему удивляться? Тем не менее, в монастыре Сэлли – всеобщая любимица. Ее жизнерадостность и оптимизм невольно заражают всех окружающих, и на нее просто невозможно долго злиться.

Конечно, Сэлли была очень избалованным ребенком, ведь ее родители ошеломительно богаты и потакают дочери во всем. Но это совсем ее не испортило, и она выросла на удивление доброй и отзывчивой девушкой, всегда готовой прийти на помощь.

– Сэлли! – тихо промолвила Мона, не отворачивая головы от окна. – Тебе не грустно расставаться с монастырем?

– Немножко! Но ведь впереди нас ждет столько интересного! Балы, званые вечера, приемы, у нас с тобой появится куча кавалеров и поклонников. Папа специально снял в Лондоне шикарный особняк, в который мы переедем перед началом сезона. Ах, Мона! Мы с тобой прекрасно проведем время, вот увидишь!

– Не знаю, Сэлли. Ведь у тебя дома все по-другому. А я последний раз видела маму два года назад, и то мельком, в отеле «Ритц». А там же толпы людей, мы даже не сумели перекинуться парой слов. Она очень красивая. Но сможем ли мы найти общий язык, не знаю. И меня это очень беспокоит.

– Его я тоже почти не помню.