Я или кто-то из моих коллег владеющих вашим примитивным языком отправиться на «Штоонсссар» и предстать перед Советом в качестве переводчика не имеют возможности. Слишком много здесь дел, — тут анторс ненадолго задумался, видимо решая, объяснять причину или нет, но заминка была недолгой, и он продолжил, — на днях начинается следующая фаза и у нас много работы. А на долгий срок отвлекать узкого специалиста от прямых обязанностей Верховный Представитель посчитал нерациональным. Так что по моей рекомендации приняли решение обучить нашему языку тебя. Предвижу вопрос и на него сразу отвечу, аналогичный способ обучения представителя нашей расы занимает длительное время, поэтому выбрали такой вариант. Ты рад, Глен? Или как тебя называть?!

— С-спасибо, конечно, — ответил, тщательно проговаривая фразы. Речевой аппарат не освоился с непривычным произношением. Язык не слушался и видя, как анторс поморщился, понял, что не всё так просто с произношением.

— Беглая речь и чёткость произношения нарабатывается практикой. И у тебя будет время потренироваться. Через пару ваших часов отправляется грузопассажирский корабль. Ему лететь три ашха — это по-вашему четыре дня. За это время освоишься с языком, чтобы не выглядеть совсем примитивным, правда, уроженец Горгогоханской империи? — переводчик пристально смотрел в глаза, а мне оставалось только догадывался, почему они до сих пор не уверены, кто я. Видимо в состоянии психовозбудимости во время допросов я так и не ответил на этот вопрос, и их Одарённые так же не пришли к единому мнению. Но вроде об этом мне говорили. Это частично объясняет, почему меня обучили языку, чтобы не терялся смысл слов при переводе. Ведь в каждом языке, в том числе на матушке Земле, есть множество слов в одном языке, которые невозможно перевести на другой или перевод будет занимать такой объём, что проще принять новое слово как должное. И такое нередко на Земле, а при встрече разных рас, абсолютно не связанных процессом эволюции, иным влиянием окружающей среды, другим путём развития цивилизации, различных и не всегда понятных социально-моральных норм и устоев, подобное сплошь и рядом. Да, я понимал переводчика. Он довольно неплохо изъяснялся и понимал меня, вот только когда отвечал идиомами, переводчик терялся. Это я помнил с первого своего допроса, а потом… Потом только сплошной затуманенный разум… Непроизвольно поёжился. Вычеркнутые из жизни часы, дни, недели.

— Сколько я здесь? — не обращая внимания на буравящий взгляд, задал вопрос.

— Пять ашхов прошло с твоей поимки, по-вашему, примерно неделя, — разочарованно ответил переводчик.