— Неужели отбились? — бодро спросил Боб. — Видели, как я справа зашел? В последней схватке? А как топор в самую пасть засадил? И вытащил! Это, кстати, было непросто!

— Видели, — соврал я, а потом обратился к Эбби. — У тебя как с патронами?

— Думаешь, еще не все?

— Уверен, что не все, — я перекинул данные от искорки в нашу общую систему.

— Такое впечатление, что где-то стоит станок по производству этих тварей! — сказала Эбби, посмотрев на растущее количество маркеров. — Пойдем посмотрим?

— Угу, — я кивнул. — Мы с химерой пойдем. Вдвоем. Попробуйте пока ворота вернуть на место и укрепить.

Быстренько переключился, откинувшись в кресле. Добежал до раковины и сначала выпил стакан воды, а потом засунул голову под кран, выкручивая на похолоднее. Бодрит не хуже новомодных стимуляторов. По дороге обратно к креслу похрустел всем, чем было можно, растягивая себя в разные стороны. И включился обратно.

На сканере уже двенадцать тушек — надо ускоряться. Активировал маскировку и выбежал за ворота.

— Искорка, видишь, что там?

Что там за эхо было, пока непонятно, но размножались монстры чуть ли не отражением. И почему-то парами. К моменту, когда я оказался на месте «песочницы» их уже было шестнадцать штук.

Только странно. Эти были как будто не таким плотными. Тела монстров были не черного, а бледно-серого цвета, да и кости — более хрупкими. Словно еще сил не набрались или не впитали в себя что-то от песочного тумана.

При этом умирали дольше. Ломать еще толком было нечего. Я потратил целый кристалл скайкрафта, вбивая в каждого до двадцати пуль. Бил, как в холодец до тех пор, пока металл, пробивающий тугую шкуру, уже реально мог перевесить остальные органы.

Поверхность земли на месте аномалии напоминала пересохшее болото. Ржавая перемешанная каша с бурыми пятнами и торчащими изъеденными железками. Почти артефакты, оставшиеся еще с первых жильцов «тридцать седьмой».

Но еще хуже выглядела скала, на которой словно гриб-трутовик раньше висела аномалия. Пока наши опыты по оживлению замороженных красавиц ее не развоплотили.

Ладно. Сам поломал, сам и починю.

Я посмотрел на камень, изъеденный крупными порами, похожими на соты. При условии, что пчелы были сильно пьяны и ровный рисунок не удался. Мозаика из ячеек не складывалась — несколько крупных рваных дыр, вокруг которых налеплены отверстия поменьше.

Внутри, на уровне примерно по локоть бурлила желеобразная масса. Медом ее, конечно, не назовешь — скорее гной. Я подобрал железный огрызок, валявшийся под ногами, и ткнул в одну из ячеек. Масса поддалась. Легко проткнулась, засветившись изнутри зеленоватым светом, а потом потянулась за железкой, когда я вынул ее обратно. Поболталась в воздухе, оборвалась и втянулась обратно.