Пока он раздавливает его, Серхио говорит ему на ухо: «Нет ничего хуже, чем не иметь возможности видеть себя». В комнату входит Сесилия с черным камнем. Ее лицо – лицо Спанель, но он знает, что это она. Она улыбается. Солнце движется быстрее. Эллипс становится больше. Камень сияет. Он бьется. Волк воет. Его отец садится и смотрит в пол. Сесилия еще больше раскрывает его грудь и кладет в нее камень. Она прекрасна, он никогда не видел ее такой сияющей. Она отворачивается, он не хочет, чтобы она уходила. Он пытается позвать ее, но не может. Сесилия радостно смотрит на него, берет дубинку и бьет его прямо в середину лба.

Он падает, но пол разверзается, и он продолжает падать, потому что камень в его груди погружает его в белую бездну.

Он поднимает голову и открывает глаза. Потом снова закрывает их. Он никогда не помнит свои сны, не с такой ясностью. Он закладывает руки за шею. Это был всего лишь сон, думает он, но чувство нестабильности проникает в него. Архаичный страх.

Он смотрит в одну сторону и видит пепел от койки. Он смотрит на другую сторону и видит самку, лежащую очень близко к его телу. Он встает, но неустойчиво стоит на ногах и садится обратно.

Мысли приходят быстро: Что я сделал? Почему она свободна? Почему она не убежала? Что она делает рядом со мной?

Самка свернулась калачиком во сне. Она выглядит умиротворенной. Ее белая кожа блестит на солнце. Он подходит к ней, хочет прикоснуться к ней, но она слегка вздрагивает, словно во сне, и он убирает руку. Он смотрит на ее лоб, где у нее клеймо. Это символ собственности, ценности.

Он смотрит на ее прямые волосы, которые еще не остригли и не продали. Они длинные и грязные.

В этом существе, не способном говорить, есть какая-то чистота, думает он, проводя пальцем по контуру ее плеча, руки, бедра, ноги, пока не доходит до ступней.

Он не прикасается к ней. Его палец проходит в сантиметре над ее кожей, в сантиметре над инициалами, FGP, разбросанными по всему ее телу. Она великолепна, думает он, но ее красота бесполезна. Она не станет вкуснее оттого, что красива. Эта мысль не удивляет его, он даже не задерживается на ней. Так он думает всякий раз, когда на перерабатывающем заводе замечает какую-нибудь голову. Странная женщина, которая выделяется среди многих, проходящих через это место каждый день.

Он ложится очень близко к ней, но не прикасается к ней. Он чувствует тепло ее тела, ее медленное и неторопливое дыхание. Он придвигается чуть ближе и начинает дышать в ее ритме. Медленно, еще медленнее. Он чувствует ее запах. У нее сильный запах, потому что она грязная, но ему это нравится, он думает о пьянящем аромате жасмина, диком и резком, ярком. Его дыхание учащается. Что-то в этом возбуждает его, эта близость, эта возможность.

Он резко встает.