И, наконец, предпоследняя запись в личном деле — «…присвоено внеочередное специальное звание «полковник государственной безопасности», а 20 апреля того же года — последняя: «выбыл из списков части в связи со смертью».

— То есть, иными словами, по данным наградного отдела, в каждом конкретном случае награждался сотрудник, пропавший без вести? Или же он периодически выходил к своим, а потом опять пропадал? — уточнил генерал, удивлённо подняв брови.

— Не выходил, так как сведений об этом, даже со слов третьих лиц, в отделе кадров не зафиксировано. Из материалов его личного дела напрашивается однозначный вывод: весь этот период он постоянно числился «пропавшим без вести», — Суходольский закрыл папку с бумагами и положил её на стол. — Как видите, ситуация полностью аналогичная тому, что мы имеем по гражданке Веретенниковой. По-моему, параллель налицо.

— Точнее, не аналогичная, а алогичная, — опять пошутила я.

— Не зубоскаль, — сердито оборвал меня генерал, — дело серьёзное, а вы прямо как дети малые.

— Я думаю, выйди он в расположение регулярных частей Красной Армии, в личном деле сей знаменательный факт тут же в обязательном порядке зафиксировали бы особисты. И вот уже наш храбрый капитан валит лес где-нибудь на Соловках, а может быть, не дай бог, воюет в составе какого-нибудь штрафного батальона. Но там, по счастью, ничего больше нет. Кроме, конечно, повторюсь, многочисленных приказов о награждениях. Мне кажется, кадровики, как всегда, что-то напутали. Ибо такого попросту быть не могло. Особенно учитывая крайне непростую специфику того исторического момента. Отступление Красной Армии по всем фронтам. Сдача Киева, Минска, немцы в Смоленске! Практически у ворот Москвы! Расстрел генерала Павлова. Даже не могу себе представить, что же такое в то время можно было совершить, чтобы получить «Красное Знамя», числясь при этом «пропавшим без вести». Если только в одиночку остановить танковую армаду Гудериана у стен Кремля? — развела я руками.

— Ростова, вы по молодости лет ещё очень много чего не можете себе представить. А я всегда учил вас не торопиться с выводами. Возможно, здесь мы имеем дело с недобросовестным отношением к своим служебным обязанностям отдельных штабных служб, и не более того. А, может, всё намного серьёзней. Возможно, капитан Пустовалов выполнял какое-то важное задание в тылу у немцев. Но всё же, как вы понимаете, необходимо максимально прояснить ситуацию, тогда значительно легче будет разобраться со всеми этими нестыковками. А, значит, и со всем делом в целом, — генерал махнул рукой, разрешая мне сесть. — Теперь, я полагаю, необходимо в срочном порядке найти и переговорить с родственниками Пустовалова.