Да, ей осточертела такая жизнь, но уйти сейчас она совершенно не была готова. В никуда, ни с чем… Да и за то время, что они были вместе, она к нему уже привыкла…

Если он её прогонит, то она окажется в прямом смысле на улице!

— Оскар, пожалуйста, прости меня! Я такая дура… — она прильнула ближе к мужчине, обвив его мощные плечи руками. — Сама не знаю, что на меня вдруг нашло. Конечно, я не должна была тратить без спроса твои деньги.

Кажется, он немного оттаял: мышцы спины расслабились, и он даже вяло обнял её в ответ.

— Пойми, мне не жалко этих денег, просто пока мы не можем позволить себе подобных трат. Я неожиданно остался без средств, к сожалению, на какое-то время придётся затянуть пояса.

— Да, я всё понимаю. Я не виню тебя, скорее себя, за свою несдержанность...

— Теперь нам снова не на что жить, — он расцепил за её спиной пальцы и сел на край разложенного дивана. Устало потёр отросшую щетину, шумно выдохнул и поднял на неё решительный взгляд: — В общем, прости, но ты не оставила мне иного выбора…

— Ты… ты это о чём? — осторожно спросила Ева, боясь услышать самое худшее.

— На то, что я зарабатываю, мы не протянем. Извини, но тебе придётся устроиться на работу.

*** Мерзость! Убожество! Какое унижение!

Ева осмотрела себя с ног до головы в огромное подсвеченное софитами зеркало: белая блузка, строгая юбка-футляр, лаконичные чёрные лодочки на невысоком каблуке. Нет, выглядела она вполне себе даже секси, но то, что это рабочая форма, приводило в священный ужас.

Ева не работала ни одного дня в своей жизни. Сначала их с сестрой в одиночку тянула мама, а потом, после переезда в столицу, она без стеснения жила за счёт мужчин. Да, сразу же олигархи ей в ноги не упали, первое время пришлось довольствоваться обеспеченными сверстниками, которые оплачивали походы в рестораны, новые шмотки и даже её съёмную квартиру. Желающих спонсировать её хотелки было достаточно — за пару свиданий молокососы были готовы отвалить круглую сумму, лишь бы засветиться на вписке с такой зачётной тёлочкой, как она. Потом начали появляться варианты поинтереснее: мелкие бизнесмены, погуливающие налево от своих жён, руководители небольших компаний. Самым жирным её кушем стал, конечно же, Омаров, её джекпот, один на миллион, который она благополучно прощёлкала. И вот теперь приходится влачить жалкое существование и, что было самым страшным, — работать.

Она, Ева Миллас — продавец в ювелирном бутике. Да, в бутике очень дорогом, но факт того, что она по мановению чьей-то грёбанной волшебной палочки из клиентки подобных магазинов превратилась в обслуживающий персонал, её просто убивал!

Как же стыдно! А если увидит кто-то из бывших одногруппников? Хотя такие как они по подобным магазинам не ходят.