Сотни, тысячи раз! Сильвестр был её золотой антилопой — блудливой, агрессивной, сморщенной, но с ним она не думала о завтрашнем дне, она действительно жила как королева, лишь изредка ублажая старого кобеля. И плевать, что без желания: миллионы женщин ежедневно ложатся под своих мужей — алкоголиков, тиранов, блядунов, а ей, можно сказать, достался от жизни лакомый бонус, который она благополучно прощёлкала, связавшись с Оскаром. Хотя было бы обманом, если бы она сказала, что совсем не вспоминала его, уйдя от Омарова. Вспоминала, ежедневно — сидя в тесной кухне Али, запивая своё горе кофе с дешёвым коньяком.

Сначала она взялась было проклинать его за то, что влез в её жизнь и всё испортил, но вскоре пришло осознание, что если кто и виноват в этом всём, то только она одна. Не приди она тогда на пляж на второе свидание — всего этого бы просто не было. Да и положа руку на сердце — она по нему скучала и очень хотела увидеть, но после того, как сама же послала его в розарии, не решалась набрать его номер. Ей было стыдно идти к нему униженной побитой собачонкой...

Но сегодня утром, когда бывшая одногруппница мягко выставила её за дверь, ей просто больше некуда было пойти, поэтому она решилась и позвонила-таки любовнику.

После его сухого согласия "поболтать за чашкой чая" Ева не раздумывая поехала в клоаку города, на самую окраину, где среди бараков и полуразвалившихся хрущёвок затесалась и коммуналка Оскара…

— Привет, — пролепетала Ева и опустила глаза. В прикиде сельской клуши она чувствовала себя униженно-уродливой. Кем она была, а кем стала… Ева Миллас — королева трущоб. — Можно мне войти?

Ничего не говоря, Оскар посторонился, пропуская девушку в пропахший кошками коридор.

Ева юркнула мимо его громадной фигуры и вопросительно уставилась на четыре абсолютно одинаковых обшарпанных двери — Оскар кивнул на самую дальнюю, и Ева поковыляла в конец коридора, таща в руке тощий пакет с пеньюаром и тапочками.

Внутри комнаты было так тесно, что у Евы начался приступ клаустрофобии: разложенный диван, тут же стол, тут же шкаф и втиснутая на стену дешёвая китайская плазма Хуянь.

И здесь живёт мужчина, ради которого она потеряла всё?..

— Сильвестр выгнал меня… — без предисловий выдохнула она и присела на краешек дивана.

— Узнал о нашей связи.

— Я в курсе, — равнодушно бросил Оскар и взял со стола пачку сигарет. Облокотившись о подоконник, распахнул хлипкую форточку и закурил. — После вечеринки я отвёз Суня домой, а потом он меня уволил.

Ева ахнула, прикрыв рот ладошкой. Выходит, пострадала не только она.

— И что теперь? Получается, ты не улетаешь в Гонконг?

Оскар обернулся на девушку и криво усмехнулся:

— Получается, так, — глубоко затянулся и, поведя подбородком, выдохнул дым. — Не ожидал тебя здесь увидеть.