Мы же не ходим никуда дальше территории отеля, хотелось окунуться. Поможешь? — присела рядом, повернувшись спиной. Перекинув копну волос за плечо, взглянула на своё отражение в зеркальной поверхности кофейного столика — под яркими румянами бледнела обескровленная кожа.

Твою мать, он что, знает? Тогда почему она до сих пор жива...

Сильвестр отложил сигару и потянул «собачку», застёгивая «молнию» платья.

— Так и ищешь на свою задницу приключений! Не хватало ещё, чтобы принесла в дом какую-нибудь заразу.

— Ты это о чём? — проблеяла Ева, радуясь, что он не видит сейчас её лица.

Бежать! Прыгай в окно, дура! Там внизу бассейн, есть шанс удрать вплавь.

— Все эти пляжи — рассадники разной нечисти. Полетаев привёз из Гоа розовый лишай.

— У Полетаева лишай? Фу-у, а мы сидели с ним вчера за одним столом, — скривилась Ева, выдохнув, что это не то, о чём она подумала. Кажется, теперь ей постоянно будет казаться, что Сильвестр знает о её «маленьком» ночном приключении.

— Герман видел, как ты возвращалась ближе к утру, говорит, была похожа на драную кошку.

— Твой Герман — идиот, — надула губы, разыгрывая обиду. На самом деле плевать она хотела на этого имбецила, как и на то, что он там вещает. Тупоголовый секьюрити с протеином вместо мозгов. В тридцать пять лет охранять чью-то задницу — это же дно! Все эти личные водители, кухарки, горничные — поголовно все неудачники. — Ну как? Не опозорю тебя перед партнёрами? — обернулась, демонстрируя идеально сидящий по фигуре наряд.

— Если не будешь открывать рот — то не опозоришь, — пробрюзжал Омаров, туша сигару в бронзовой пепельнице.

Проглотив обиду, Ева продолжала ослепительно улыбаться. Ну и пусть, что он считает тебя сиськами на ножках, зато сегодня на завтрак ты ела чёрную икру. Прекрати разыгрывать из себя обиженку, Ева. Твоя лучшая школьная подруга живёт в клоаке вселенной, платит ипотеку и едва сводит концы с концами, а ты летаешь на частном самолёте и пьёшь "Кристалл" словно воду. Будешь жаловаться на жизнь, боженька ниспошлёт на тебя стрии и акне.

— Через пять минут выходим, — напомнил Омаров и тяжело поднялся с кресла.

Ева терпеть не могла все эти званые ужины, где ей приходилось весь вечер слушать разную муть о бизнесе, в котором она ни черта не соображала. Каждая подобная встреча проходила по одному и тому же сценарию — они собираются в пафосном ресторане, и пока пузатые толстосумы говорят о политике и акциях, их соски-клоны меряются, у кого круче браслет и чья операция по наращиванию буферов обошлась дороже. Конечно, Ева считала себя умнее и на уровень выше, чем эти пустые шлюхи, но правила игры усвоила на отлично — поменьше говори, побольше улыбайся.

— Позавчера утром из Гонконга прилетел Сунь, мне важно выкупить у него часть золотоносных акций.