Погладил стопу подушечками пальцев, легко коснулся пятки.

В эти минуты, испуганная и уязвимая, укутанная в его рубашку больше на четыре размера, Ева будто взглянула на него совсем другими глазами. Испуг, злость, раздражение — всё это словно по мановению волшебной палочки отошло на второй план: был только он, его крепкие загорелые руки, сосредоточенное лицо… Он был похож на дикого Маугли, а белые зубы, сжимающие пластик корпуса, походили на звериный оскал.

Самец. Сгусток чистого тестостерона. Интересно, каков он в постели... У неё так давно не было настоящего мужчины, горячего молодого жеребца, который бы имел её до помутнения рассудка. Она так устала от пародии на секс с вечно вялым членом Омарова… Ей хотелось страсти — животной, крышесносной...

— Как я и думал — это укус, — констатировал он, отложив фонарь в сторону.

— И… что теперь будет? — с придыханием спросила Ева, представляя, как его рука скользит выше по её бедру, потом ещё выше…

— Боюсь, ничего хорошего. Если только… — начал он и осёкся, так и не выпуская её спупню.

— Если только — что?

Глаза в глаза. Натянутая ткань рубашки лопалась от оживших, до боли чувствительных сосков.

— Можно попробовать отсосать…

— Яд, — добавил он и прильнул губами к её большому пальцу. Не теряя контакта глазами, перешёл на другой, тронув кожу горячим языком. Плавно губы перешли на лодыжку, и Ева не смогла сдержать стон восхищения. В его движениях было столько похоти, что она ощутила, как моментально увлажнилось бельё. И виной тому был не индийский океан и балийский ливень...

— Можно ещё попробовать вылизать… яд.

Ева протяжно выдохнула, понимая, что если так продолжится дальше, она кончит от одного его хриплого шёпота.

Словно решая её добить, мужчина плавно раздвинул её ноги и пробежался языком по внутренней части бедра.

Это сумасшествие, безумие, феерия! И если это всё-таки сон, то самый эротичный сон в её жизни.

— Как тебя зовут? — кусая до боли губы, прошептала она, теряя связь с реальностью.

— Трахни меня, Оскар.

Снаружи раздался оглушающий раскат грома и сверкнула молния, осветив на мгновение их временное пристанище.

Долго уговаривать его не пришлось: Маугли отпрянул и рывком потянул на себя превратившуюся в одну большую эрогенную зону девушку. Фонарь с треском рухнул на камни — грот погрузился в кромешную темноту. Не теряя время на пуговицы, Оскар с хрустом разорвал ткань рубашки, бросив ненужной тряпкой на землю. Следом полетели трусики Евы.

Поставив несостоявшуюся утопленницу на подгибающиеся ноги, легко толкнул вперёд, заставив её упереться ладонями о камень. Ещё недавно дрожащая от холода Ева сейчас горела, словно испытывая сильный жар. Соски стояли как две готовые к бою торпеды, между ног хлюпало.