— Он коснулся его языком. — Да, определенно сосок. И прехорошенький.

— Да нет. — Прюденс бросила взгляд поверх его головы. — Вон тот клочок бумаги на сиденье. Должно быть, я села на него, когда забралась в карету. Похоже на записку.

Себастиан, чуть вытянув голову, взглянул на сложенный лист бумаги:

Он дотянулся до бумажки и взял ее в руки. Затем выпрямился и поднес находку к лампе. Внимательно рассмотрев, развернул. На листке оказалось короткое послание, нацарапанное неразборчивым почерком.

— Так я и думала. Записка. Кто-то оставил ее здесь, пока мы были на балу.

Прюденс привела себя в порядок и поправила очки. Слушая, как Себастиан читает вслух записку, она всматривалась в незнакомый почерк.

«Фамилии» принцев целомудрия» следующие: Ринг-кросс, Оксенхем, Блумфилд и Келинг. В конце записки вы найдете их адреса. Прошу вас, ни о чем больше не спрашивайте, поскольку другой информацией я не располагаю. Прошу оставить меня в покое…«

Себастиан нахмурился:

— Подписи нет. Скорее всего написано кем-то из продавцов, у которых мы сегодня побывали.

— Откуда такая уверенность?

— Очевидно, это человек, который не хочет, чтобы мы опять приставали к нему с расспросами.

Но ни с кем, кроме торговцев, мы сегодня не разговаривали.

— В списке фамилия Келинга, — сказала Прюденс. — Видимо, и это соответствует правде. В конце концов, пуговицу мы нашли именно в его шкафу.

— Рингкросс умер. Келинг хочет расследовать обстоятельства его смерти. Оба были членами клуба» Принцы целомудрия «. — Себастиан с сосредоточенным лицом машинально похлопывал запиской по ноге. — По-моему, дальше нужно предпринять следующее: поговорить с Блумфилдом и Оксенхемом.

— Знаком немного с Оксенхемом — он занимается морскими перевозками. Между делом ухитрился жениться подряд на двух наследницах. Слышал, что обе молодые женщины умерли вскоре после свадьбы. Одна погибла в дорожном происшествии. Другая приняла слишком большую дозу снотворного. Это случилось несколько лет назад.

Прюденс вздрогнула, потянулась за шалью и плотно закуталась в нее.

— Вот именно. — Себастиан откинулся на подушки и задумчиво взглянул на Прюденс. — Наверное, сначала поговорю с ним.

— А Блумфилд? — спросила Прюденс.

— Его я плохо знаю.

Ходят слухи, что он не в себе. Он редко появляется в клубах, а в обществе я его и вовсе никогда не встречал.

— В этом деле нужно действовать не спеша, — заметил Себастиан. — Пока мы не знаем, какую роль играет Келинг во всех странных событиях, равно как и мой кузен.

Секунду Прюденс размышляла над его словами.

— Здесь написано, что Оксенхем живет на Роуленд-стрит.

— Да… — Себастиан помолчал. — Но прежде чем вести с ним какие-то разговоры, стоит побывать у них в гостях, пока самих хозяев не будет дома.