Я не животное, чтобы заниматься сексом без чувств, тем более, когда наполовину стала инвалидом.

— Спасибо, что проводил. Надеюсь, ты не обидишься, если я не приглашу тебя войти, — сглотнув, я поднимаю глаза, чтобы дать ему понять, что имею в виду. — Я не в том состоянии.

— Заходить к тебе я не планировал, — саркастично замечает Арсений, но его глаза при этом приобретают оттенок льда. — С порогом будь аккуратнее.

Я в десятый раз разглаживаю несуществующие складки на платье, купленном по случаю юбилея отчима, и непроизвольно хмурюсь. В магазине казалось, что оно идеально мне подходит, но после смены трёх наборов украшений и четырёх пар туфель я начинаю в этом сомневаться.

На праздновании шестидесятилетия Петра соберётся вся столичная богема, а мой наряд выглядит слишком просто.

Поправив укладку, я осторожно покачиваюсь на каблуках, чтобы выяснить, смогу ли проходить в них весь вечер. Щиколотку всё ещё немного тянет, но в остальном ничего критичного. Впервые за две недели я надену туфли.

Открытие террасы я всё же пропустила. Во-первых, хромая, я бы выглядела нелепо, во-вторых, за рабочую неделю я сильно устала и хотела отдохнуть, а в-третьих, решила немного дистанцироваться от Арсения.

Всё-таки идти на поводу у сексуального влечения — это признак слабой воли. Не хочу каждый раз мучиться борьбой светлого и тёмного. Сердцем тянуться к одному, а за плотскими утехами бежать к другому. Если не удаётся объединить секс и влюблённость, нужно просто ждать. Всё лучше, чем предавать себя и кидаться в низменное. В конце концов, разве физическая сторона отношений имеет настолько важное значение? Одна СМС от Данила с простым «Как дела?» одаривает меня улыбкой и отличным настроением на весь день. В жизни именно это первостепенно — тепло и забота, и мне не стоит об этом забывать.

Нанеся на запястья по пшику туалетной воды, я втыкаю под мышку клатч и выхожу из квартиры. Если задержусь ещё хотя бы на минуту, то точно полезу заново перелопачивать гардероб и опоздаю на празднование.

Народу в зале тьма, но этим меня уже не удивить. Юбилей отчима пятилетней давности проходил с таким же размахом. Помню, я тогда готова была вцепиться в руку мамы и не отпускать её весь вечер.

Никак не могла свыкнуться с тем, что люди, которых я много раз видела по телевизору, проходят в метре от меня. Как маме удавалось вести себя так естественно и свободно, до сих пор остаётся для меня загадкой.

Первым я замечаю Радкевича, моего непосредственного начальника. Он стоит в компании незнакомого мужчины и сухощавой женщины в длинном чёрном платье. Приосанившись, я иду к ним, чтобы поприветствовать. Валерий Аркадьевич тепло улыбается мне и даже спрашивает, как моя нога. Приятно, что он помнит.