Всего четыре – так себе усиление, но лучше, чем ничего. Кто же знал, что тут может понадобиться подпитка?

– Да никто… – растерялся Крол, продолжая пятиться до тех пор, пока не уперся спиной в дверь.

– Кошки, собаки, крысы, лошади? – перечислил Март, понимая, что толку от заказчика без подсказки не будет.

В погребе продолжала вибрировать чужая, холодная, мертвая энергия. А еще другая – теплая, живая, очень слабая.

Трактирщик заморгал.

– Так это… крысы были дохлые. Куда без них? – и тут же объяснил сам себе: – Всегда бывают. Что тут необычного? Ничего. Да Гашка, псина наша дворовая, померла. Так ей тоже лет было…

Мартин сцепил зубы. «Что ж тут удивительного?» – передразнил мысленно. Тем не менее что-то подвигло хозяина заведения достать деньги из заначки и дунуть в гильдию.

Теплая энергия внизу стала едва уловимой.

Под пристальным взглядом трактирщика, кажется уже готового к тому, что у гостя вот-вот отрастут на лбу рога, Март закатал рукава плаща; поправил кольца.

Крол нервно сглотнул при виде множества шрамов, старых и еще совсем свежих, розовых, пересекающих руки гостя от запястий до самых локтей."

"– Людей выводи, – велел маг коротко.

– Чего? – Крол вздрогнул от неожиданности.

– Людей. Из зала, – повторил Мартин с нажимом; снова присел на корточки. На этот раз не просто поводил ладонями над полом, а прижал их к деревянным половицам. – Живая, – пробормотал себе под нос.

– Кто живой? – не понял Крол. Март не ответил, и трактирщик даже набрался смелости оторваться от двери и сделать шаг по направлению к магу. – Как я людей-то прогоню? Они ж платили, как я…

Договорить хозяин не успел – половицы брызнули щепками в разные стороны. Мартин едва успел отскочить.

– Людей! На улицу! – рявкнул он. Но Крол словно врос в землю и с побелевшим лицом смотрел во все глаза на то, как его работница Ларка на четвереньках, с неправильно вывернутыми руками и ногами, выбирается из погреба, клацая зубами. – Идиот! – разозлился Март, ухватил трактирщика за шкирку, благо тот ростом едва ли доходил ему до плеча, пинком распахнул дверь в зал. – Все! На выход! – и для убедительности запустил молнию в потолок. Кто-то закричал, завизжал, опрокинутые в спешке столы полетели на пол. – Пошел! – Мартин отшвырнул от себя Крола, а в следующее мгновение сам очутился на полу.

Спина с грохотом встретилась с твердыми половицами, а ему на грудь взгромоздилась юная работница трактира, вернее, то, что наглым образом завладело ее телом.

– Уходи-и-и-и! – прозвучал неестественный для девушки глухой утробный голос, пробирающий своими вибрациями до самых внутренностей. – Уходи-и-и! – в сочетании с капающей изо рта слюной, должно быть, со стороны эффект был сногсшибательный.