Повбивали себе в голову кучу ненужной фигни, лепите людям печати на лоб с названием болезней, а себе выписываете смертные приговоры. Куда ни плюнь, одни домашние психологи. Гештальты, синдромы, депрессия! Выучили пару заумных слов и думаете, что поняли, как надо жить, поняли всех людей на планете, их мотивацию, чувства и цели, но это так не работает! Нет специализированного образования – не смей ставить диагнозы ни себе, ни другим!

– Плевать! Я тебя бросаю! Ясно?! – выкрикиваю из последних сил.

– Да хоть убросайся! Я никуда не денусь!

– Ну зачем я тебе? Зачем?

– Катя, я знаю, что тебе больно. – Его голос укутывает, точно мягкое теплое одеяло, сшитое из лоскутов нежности, сочувствия и поддержки. – Знаю, что тебя гложет и жрет изнутри, и я рядом. Слышишь меня? Я здесь. Это состояние с тобой не навсегда, мы с ним справимся. Ты справишься. А теперь марш одеваться!

Дарий касается ладонью моей мокрой щеки, глядя с опаской. Он верит в меня, но я не оправдаю его ожиданий. Просто нет сил.

– Никуда я не пойду.

– Уверена? – мрачно ухмыляется он.

Резко втягиваю носом морозный воздух, потому что Дарий снова в образе плохиша, который манит и пугает одновременно. Сердце мучительно стонет и вдруг разгоняется с новой силой, укрепляя свою разбитую оболочку.

– Вот как все будет, Катюш…

Дарий оборачивается, прижимая подбородок к плечу. Хитрый и довольный, как Чеширский кот. Моргаю пару раз, окончательно выныривая из воспоминаний, и демонстративно закатываю глаза.

– Ты тогда вытащил меня на улицу и кинул в ближайший сугроб!

– Мы играли в снежки! – протестует он, не скрывая веселья.

– Нет! – Яростно тычу в него пальцем. – Ты бросал в меня снегом, а я орала на весь двор как сумасшедшая! Соседи чуть полицию не вызвали!

– Зато тебе полегчало, – хмыкает Дарий, возвращая внимание экрану монитора. – Да и мне тоже.

– Ага. А на следующий день ты отвез меня…

– …познакомиться с моими родственниками, – весело заканчивает он.

– Твоя сестра психотерапевт!

– Мой доктор, к сожалению, был занят, а тебе нужна была скорая помощь. Анжела отличный специалист, ты только взгляни на себя. Снова смеешься, злишься, книгу почти написала! По-моему, это успех.

Никак его не переспоришь, ты посмотри! Вреднючий старикан! Прищуриваюсь и шумно вздыхаю, а в мыслях мигает яркий огонек.

– Знаешь, я до сих пор не понимаю только одного. Анжела и правда хороший доктор. И как же она умудрилась поставить тебе неправильный диагноз?

– Без тестов и анализов нельзя его поставить, а я дурил ее на сессиях и отказывался от глубокого анализа. В любом случае Анжела все равно не смогла бы лечить меня, слишком предвзята, да и мне было бы некомфортно. Иногда самое сложное – это делить боль с близкими.