Быков затихает, тяжело дыша.

– А может, мне тебя не в больничку отправить, а сразу в тюрьму? Денег у бати твоего хватит, чтобы отмазать?

– Она меня любит, – хрипит Рома, надеясь если не кулаками, то словами задеть противника. – Меня. Ясно?

– Нет, – мягко произносит Дарий, – это ты ее любишь. И ты будешь смотреть, как у нее все налаживается, а если попытаешься влезть, то разговаривать с тобой я больше не стану. Закрепили?

– Можешь попрощаться с работой, – тихо шипит Быков, но в его словах один лишь страх.

Дарий тянет его за волосы, отлепляя голову от доски:

– Ну что, поедем анализы сдавать?

– Значит, мы договорились? – довольно спрашивает Дарий, уже и так зная ответ.

Рома перестает сопротивляться. Дарий его отпускает и удовлетворенно наблюдает за тем, как униженный парень вылетает из аудитории, прижимая ладонь к уху. Дарий поднимает с пола серьгу и выбрасывает ее в окно, садится за преподавательский стол и вытягивает ноги. В кармане пальто вибрирует телефон, и Дарий достает его. На предпоследней аватарке в списке диалогов красуется довольное лицо Володи, который оказался отличным помощником. Информация и хитрость иногда полезнее физической силы.

Синяки сходят, переломы заживают, а вот страх и беспомощность остаются с людьми надолго. Дарий открывает новое сообщение от Кати, в мыслях мелькает обещание, данное ей два дня назад – «Я к нему не подойду». По факту, Рома пришел сам, а значит, обещание не нарушено.

Перелистываю страницу, буквы выкладывают волшебную дорожку в новый мир. Лениво следую за сюжетом, гоняя во рту леденец от боли в горле, и вдруг слышу тихий, но настойчивый стук в дверь. Креплю магнитную закладку и закрываю книгу, поднимаюсь с постели и медленно шагаю в прихожую.

Дарий уже должен быть на тренировке, а больше я никого не жду. Смотрю в глазок и вижу яркое рыжее пятно. Открываю дверь, расслабленно выдыхая, и широко улыбаюсь другу.

– Сюрпри-и-из! – вопит Тоша.

– Привет! – радостно отвечаю я, пропуская его в квартиру. – Почему не позвонил? Я пирогов бы напекла.

– Тогда это не было бы сюрпризом, – саркастично отвечает он и наклоняется, чтобы расстегнуть высокие кожаные ботинки. – И лучше без пирогов, я еще жить хочу.

Тоша снимает куртку и проходит в глубь квартиры, удивленно оглядываясь.

Он крутится на месте и останавливается ко мне лицом, широко распахнув глаза. Ухмыляюсь и складываю руки на груди.

– Ну давай, – подначиваю я. – Скажи это.

– У тебя тут… чисто! Обалдеть! Ты болела или тренинг по очищению кармы и пространства проходила?

– Я бы на тебя посмотрела, если тебе пришлось бы сидеть в бетонной коробке целую неделю. Мне было так скучно, что я даже реферат по фольклору написала, а его нужно сдать только к концу семестра.

– Да? А я думал, ты тут эротические романы клепаешь.