– У нас есть с собой что-нибудь перекусить и выпить? Последнее тебе не помешает, я бы даже сказал, что в лекарственных целях нужно грамм пятьдесят принять.

– Есть не стану, – предупредил он меня. – Без закуски же может развести и за руль садиться нельзя. А такую дорогу вам...

– Тащи шнапс или что там с собой взял, – перебил я его. – Стресс необходимо снять. Пошли под деревья, привал устроим, а потом дальше поедем.

– Если только на правую сторону, боюсь, откуда я пришел нам окажется не так комфортно.

На этом и порешили, а уже спустя десяток минут весело потрескивал костер, на котором подогревалась банка тушенки, лежал на тарелке нарезанный хлеб и сыр, из бутылки коньяк разлили по бокалам. Естественно, к обустройству привал Гюнтер подошел с немецкой педантичностью. Я даже глазам не поверил, когда тот из багажника принялся доставать складной стол, стулья и корзины с припасами. Но так как мы еще и не проголодались, то большинство провизии решили сохранить, в том числе и запеченную курицу с бужениной. На мой взгляд, закуси и так за глаза, правда, коньяк не принято заедать тушенкой, но увидев в корзине пару банок, я настоял, чтобы одну разогреть. Это вероятно ностальгия, когда с парнями в разведке жрали на скорую руку. Н-да, там у нас столов не имелось, а про бокалы и говорить нечего. Вскроешь консервную банку ножом и, бывало, прямо с лезвия ешь, положив на колени автомат.

– Гюнтер, вот скажи, для чего воевать с Россией собрались? – неожиданно для самого себя задал вопрос своему «немецкому другу».

– Иван Макарович, так я же с вами еду, а воевать, если и думают, то высшие чины из-за каких-то неведомых побуждений.

– Но ведь ты, если приказ получишь, отправишься на фронт? – уточнил я, подливая в его бокал коньяк.

Гюнтер, хоть и в помощниках у Карла, но в данный момент стресс снимает и немного «поплыл», вот я и решил воспользоваться, разузнать что и как. Часто так случается, что помощник знает намного больше своего босса. Встречи высших чинов проходят с недомолвками, никто не желает козыри на стол выкладывать, а в это время их люди между собой общаются и забывают, что часть информации нельзя разглашать.

– Разумеется, – кивнул Гюнтер головой и икнул, а потом встал и пошатнулся. – Простите, что-то мне нехорошо, нужно отойти.

В бутылке осталось грамм сто, но я выпил мало, старался подливать немцу, а тот первые бокалы чуть ли не полные выпил. Гм, похоже переборщил я, подпаивая Гюнтера. Угу, точно, перебрал немец! Опять блюет. Треск кустов заставил меня подскочить и даже револьвер выхватил. Хрен его знает эту местность, может разбойники или медведь... Мля, а ведь и сам захмелел. Какой в задницу медведь?! Я, блин, не в России! Хотя, топтыгины и тут водятся, но сейчас лето, а мы с Гюнтером произвели немало шума.