Но, как говорится: «кто старое помянет, тому глаз вон»! Давайте представим, что недоразумения в прошлом, а мы просто знакомые, готовые обсудить то или иное.

– Очень сильно сомневаюсь, что вы бросили свои происки, – хмыкнул я, незаметно осмотревшись по сторонам.

Народ прогуливается, недалеко стоит припаркованный автомобиль, пролеток не видно, как и группу поддержки Гарри не смог вычислить. Неужели британец без своих людей со мной отважился поговорить? А может и в самом деле встретились случайно? Хм, в последнее вериться с трудом, но и слежки за собой не ощущал. Британец ведет себя уверенно, показывает, что он хозяин положения, но ждет моего ответа.

– Десяток минут могу выделить, – медленно говорю и киваю вдоль улицы: – Прогуляемся?

– Можно и пройтись, – согласился Гарри. – Но может мы зайдем в кафе, посидим и поговорим?

– Предпочту свежий воздух, – ответил, повинуясь собственной интуиции.

Пока не могу понять из-за чего так с Джонсом разговариваю и почему отказываюсь от его безобидного на вид предложения. Из-за чувства противоречия? Ожидания подлянки? Нет, не это, все не то!

Мы медленно направились по тротуару, британец помахивает тросточкой и болтает всякую чепуху. Тянет время и ждет подмоги? Для чего? Похитить на глазах прохожих и степенно прохаживающего городового?

– Гарри, так, о чем вы желали побеседовать? Очень сомневаюсь, что о нарядах дам и прекрасной погоде, – не выдержал я и задал вопрос.

– Иван Макарович, а как вам понравилось в Германии и Австро-Венгрии? Кстати, незаконное пересечение границы подпадает под злостные деяния и в некоторых случаях карается тюремным сроком, – сказал британец и остановился, ожидая моей реакции.

– Да, контрабандистам приходится не сладко, тяжелая у них работенка. Однако, ваши слова ко мне не имеют никакого отношения. Что-то не припомню, когда меня поймали, а без доказательств и суда нет, – хмыкнул в ответ.

– Забудем! – улыбнувшись и махнув тростью, сказал британец и указал на сквер и стоящие лавочки вдоль дорожки: – Не желаете прогуляться, там чудный прудик есть, в котором плавают красавцы лебеди.

– Неожиданно, – не скрыл я своего удивления, – мне и в голову не могло прийти, что вы любитель живой природы.

Гарри ничего не ответил, указал тростью в направлении сквера, а я согласно кивнул. Издали может показаться, что прогуливаются два старых приятеля и о чем-то мило беседуют. На самом деле британец собран и напряжен, да и я настороже. Спиной друг к другу мы не повернемся, побоимся получить удар в спину. Нет, я-то не ударю исподтишка, не так воспитан, а от Гарри всего можно ожидать. Он английский джентльмен, но вспоминает об этом, когда захочет. Сейчас разыгрывает этакого аристократа, но в любой момент маску может сменить.