Вспомнилась песенка из моей юности: «Как провожают пароходы, совсем не так как поезда, сплошные медленные воды не то, что рельсы в два ряда. Вода-вода, кругом вода! Вода-вода, шумит вода…»

– Задерни шторку, – простонал Игорь. – Не мешай поспать…

– Гарри, подъем! На зарядку становись! – рявкнул я голосом бывалого фельдфебеля. – Гляди! Вон какой-то мужик спозаранку по палубе круги наматывает. А ну-ка, живо присоединяйся к нему…

Действительно, по периметру палубы неторопливо бегал поджарый мужчина в шортах, с плеером на поясе и в наушниках, и, пока я озирался по сторонам, легкоатлет успел отмахать очередную пару кругов.

– Сам беги! Я уже вышел из этого пионерского возраста. Лучше я пойду на горшок да помахорю – с вечера не курил, уши уже пухнут. Обычно я ночью пару раз встаю на перекур, а сегодня под это легкое гудение, вибрирование и покачивание спал аки младенец.

Гарри почесал волосатую грудь, потянулся, громко зевнул, достал из куртки спички и сигареты.

– С ума сошел? Забыл про обещанную веревку на шею? Курить в курилке! Не вздумай портить воздух табаком в туалете! Эх, Гарик, докуришься до рака легких…

– Ерунда, жизнь и так вредна, и конец для всех один, – отмахнулся Гарри и залез в треники, вытянутые в коленях. – Зато живу с удовольствием и беру от жизни все…

Вскоре сосед по каюте вернулся обратно, изрыгая проклятия:

– Вот влип! Освенцим какой-то! Только вышел на воздух и закурил на трапе – обругали и даже угрожали крупным штрафом. Оказывается, тут действительно разрешают курить только на нижней палубе, в одной-единственной курилке. И в каютах дымить строго запрещено. Плавучий карцер какой-то. Бардак!

– Наоборот – порядок, – ухмыльнулся я. – Хороший корабль! Хоть где-то на этой планете можно не нюхать вашу никотиновую вонь.

Действительно, во время нашего путешествия через полпланеты от Игоря постоянно несло каким-то мерзким табаком – словно он жевал сырой никотин.

– Фу! Что за дрянь ты куришь? Окурки прожевываешь? Запах от тебя, как от помойки!

Гарик в ответ на мою гневную тираду лишь скорчил презрительную мину и побрел умываться, а я открыл иллюминатор и высунул в него голову, чтобы вдохнуть свежего морского воздуха. В лицо швырнуло мелкими солеными брызгами, резко пахнуло йодом. О! Как восхитительно! В каменных джунглях современных городов настолько легко не дышится. Эх, так и стоял бы часами напролет с широко открытым ртом, глотая воздух, обдуваемый крепким бодрящим ветром. Но… надо идти на завтрак. Организм требует и иной подзарядки!

После завтрака Джексон собрал наш боевой отряд – представиться начальству. Капитаном оказался моложавый коротко стриженный коренастый крепыш: скуластый, с хитрыми, насмешливыми темно-коричневыми глазами – тот самый утренний спортсмен на палубе.