Последние десять лет он сам был то охотником, то дичью, давно уже научился безошибочно распознавать в людской круговерти этот особый охотничий аромат, этот пронзительный запах охотничьего азарта, тревожного ожидания погони, этот коктейль, замешанный на поте, крови и слезах.

Когда эти двое — брюнет, явно выше по своему статусу, и его спутник, крупный простоватый парень, — поднялись наверх и продолжали сверху вести наблюдение за залом прилета, Сержант уже не сомневался: он просто взбежал по противоположной лестнице, прошел по балкону второго этажа, спустился на один пролет по другой лестнице и встал позади.

Тут оба и обернулись как по команде — почуяли! Значит, точно охотники.

Брюнет в мгновение оценил гостя, прищурив пронзительные черные глаза. Сержанту на миг показалось, что эти глаза готовы прожечь его насквозь. Но тут же произошла перемена.

— Степан Юрьевич? — поинтересовался чернявый.

— Он самый, — снова невольно ухмыльнулся Сержант и протянул крепкую ладонь.

— А я Владимир Константинович… Можно просто Володя. — Ангел пожал протянутую руку. — Мы договаривались встретиться с вами на выходе, если я не ошибаюсь.

— Да. Но я догадался, что вы меня будете встречать именно здесь.

— Как я догадался? — вновь перехватил инициативу разговора Юрьев и добродушно усмехнулся. — Если бы не был таким догадливым, вряд ли бы до вас доехал вообще… 

Ангел оценил остроумие гостя и обменялся с ним понимающей улыбкой.

Вакула тем временем, махнув шефу рукой, поспешил к машине, а Ангел и Сержант все еще стояли, разговаривая и приглядываясь друг к другу. И если Сержант мгновенно определил склад характера встречающего, не зная о нем ничего, то Ангел, наоборот, знал о приезжем много, но вот понять, что за птица перед ним, так и не мог. Мужик как мужик, ничего особенного: на вид ни дать ни взять директор овощной базы, немного располневший на казенных харчах.

Они оба продолжали улыбаться друг другу.

— Нормально долетел, слава богу, не укачало, — добродушно отозвался Сержант;

— Ну что, пошли? — спросил Ангел и поглядел на синий чемоданчик, не решаясь предложить гостю свою помощь.

— Я сам, — догадался Сержант, кивнув в знак благодарности.

Они вышли из здания аэровокзала и зашагали к парковке. Гость молчал. Ангел, на правах радушного хозяина, заполнял паузу монологом о больших экономических возможностях, которые открываются в связи со свободными рыночными ценами, о кооперативах и внешней торговле… Не говорить же с бывшим ментом, пусть он хоть трижды спец, о зоне и воровских раскладах?

Сидя в черной «Волге», Сержант продолжал молчать, время от времени вежливо кивая в ответ собеседнику, наигранно веселый голос которого, не умолкая, рокотал в салоне, продуваемом встречным ветром.