— Доволен? — тихо спросила. — Еще двум женщинам жизнь испоганил, скотина. Им теперь позора не оберешься. Вовек ведь от такой репутации не отмоются. Замуж никто не возьмет. И детям принесенными в подоле расти. Эх ты, козел и есть!

Тот промолчал, не глядя на меня.

Ну да, что тут скажешь?

Я пошла к дому. В ушах звенело, будто где-то в голове распищался комар. Как-то слишком уж много за последние дни свалилось. Как бы ни храбрилась, все же не железная. И у меня тоже сердце есть, что кровью обливается.

— Марьяна, что стряслось? — ко мне бросился Кондратий, когда вошла в дом.

— У моего мужа скоро будет ребенок, — ответила я, уперевшись рукой в стену. — Даже два.

— Ты понесла? — вековушка умильно улыбнулся, а мне стало еще больнее.

— Не я, — уточнила, морщась от тошноты, что подкатила к горлу. — Диля и Рина. И обе от Тимьяна.

— Да как же ж так же ж?.. — потрясенно выдохнул защитник дома и всплеснул руками.

— У будущего отца спрашивай, как он все успел. А я…

Не договорила, потому что мир кувыркнулся, решив сделать кувырок через пупок. Все потемнело.

Глаза открылись сами, когда наполучавший пинков мозг пришел в себя после ошеломляющих новостей сегодняшнего непростого дня. Вместе с ним очнулась и я. И обнаружила над собой лицо Эзры. Красивое, мужественное, взволнованное. Демон хмурился, всматриваясь, и это было приятно. Но почему, с чего бы это вдруг?

А я еще, оказывается, и в кровати! Дело принимает горизонтальный поворот, как сказала бы моя бабуля, сопроводив емкое высказывание соответствующим взглядом.

— Ты как? — тихо спросил рогатый.

— Кто меня сюда принес? — невпопад сказала, недоумевая.

— Я принес. Ты в обморок упала.

— С ума сошел? — тут же проснувшийся лекарь набросился на него. — Швы же ведь. Тебе же нельзя тяжести поднимать!

— Ты разве тяжелая? — отмахнулся, снял с моего лба тряпочку, смочил в тазике, что стоял рядом на столике, и положил обратно.

Приятный холод, м-м-м. Прикрыла глаза и притихла, наслаждаясь.

— Лекаря, может, все ж вызвать? — донеслось до слуха. — Я хотел, но этот твой, Кондратий, запретил.

— Правильно, — одобрила действия домовушки слабым голосом.

Приятно в кои-то веки побыть болезной барышней, вокруг которой все скачут и беспокоятся. А то все больше наоборот бывает. Только как бы во вкус не войти. К хорошему быстро привыкаешь.

— Уверена? — Эра явно был недоволен.

— Я сама лекарь, — сообщила общеизвестное, приоткрыв глазик. — Кого ты звать-то собрался? Криворуких докторов из местной больницы? Так они за вызов на дом возьмут половину стоимости моей таверны. А потом слухи поползут, что Марьяна занедужила и сама себя вылечить не смогла.