И ребятню не воспитает, и таверну пропьет. Беда козлиная, его тупой башке даже чугунный массаж не поможет, сколько ни старайся!

Мысли разбежались, как шустрые таракашки из открытой банки. Но через секунду меня осенило. Всегда быстро соображаю, когда припрет.

Я улыбнулась сама себе и начала стаскивать одежду.

— Ты чего творишь, Марьяна? — русалка уставилась на меня, широко распахнув глаза. — Отвернись! — скомандовала Сильверу и тот, покраснев, тут же показал нам свою спину.

— Так надо, рыбка моя, помоги, — попросила девушку, повернувшись к ней шнуровкой корсета.

— Быстрее!

Селена живо избавила меня от пыточного аппарата, позволив с удовольствием вдохнуть полной грудью и сбросить платье на пол. Недовольно шипя, из-под него выбрался Шуша, о котором я напрочь забыла. Обиженно всплеснув лапками, он забрался на диванчик и оттуда уставился на меня, всем своим видом демонстрируя «заобиженность и заскорбленность».

— Прости, малыш, — повинилась перед ним.

Но долго расшаркиваться времени не имелось, поэтому подхватила плед, закуталась в него и, мельком глянув в окно, вздрогнула — на палубе разгорались страсти.

Астраг что-то выговаривал Эзре, тот отвечал в той же манере. Черты лица демона заострились. Кажется, он взвинчен, готов к обороту и схватке. Воевода Нептуна сделал шаг по направлению к лестнице, что вела вниз, в каюту, где мы прятались, мой рогатый тут же преградил ему путь, что-то коротко рыкнув. Боевые русалы мигом обступили бывшего жениха Селены, всем своим видом демонстрируя готовность наказать наглого демона, как только прикажет шеф.

И чего они такие агрессивные, спрашивается? Рыбы ведь, вроде.

А говорят еще, холодный, рыбья кровь. Эти же как бойцовские петухи, только и ждут, с кем бы повоевать, воинственные креветки! Ну ничего, усмирю и этих злых карасей, у меня на этот случай убойные зелья припасены. Я ведь не просто метелка сегодня, а самая настоящая ведьма на задании да под личиной. Вооружена и очень прекрасна — это по-нашему!

Быстро достала из потайного кармашка в корсете платья полотняные мешочки и пару пузырьков. Проделала нужные манипуляции.

Приспустила плед с плеч. Тяжело вздохнула, торгуясь со своей вопящей в голос порядочностью, и опустила слегка покалывающую кожу ткань еще ниже. Потом отодвинула ее снизу, оголив ногу до самого «не балуйся». Взбила волосы руками, придав им художественный беспорядок, пощипала щеки для румянца и начала подниматься на палубу.

Аплодисментов, конечно, не жду, как и брошенных к ногам роскошных букетов, но все же появление мое будет триумфальным. Настало время утереть нос лорду Азраилу.