— И кошка была не моя, — я вернулась к своему стулу, взяла куртку и принялась одеваться. — Это у вас семья, у вас близкие отношения и общие трудности. А я просто такая тетенька, которая сначала выкармливает принесенного тобой котенка, чтобы ты его потом забрал себе.

— А потом встречается с твоим сыном. Общается с ним. Начинает его потихоньку любить. Но как только что-то идет не по плану, ты снова делаешь то же самое. Забираешь его. Потому что он не мой сын.

Я застегнула куртку, намотала шарф и взяла свою сумку.

На Матвея старалась не смотреть.

— Не кричи. Я сама виновата. Сама поддалась слабости, сама разгребаю. Один ты весь в белом. Дурак ты, Соболев, — и я обогнула его, направляясь к выходу.

Внутри меня было абсолютное ледяное спокойствие. Только перчатки почему-то никак не хотели натягиваться на пальцы, словно заколдованные.

За спиной послышался, какой-то шум, звон, топот. Возглас: «Матвей, стой!»

Но я не стала оборачиваться, все равно ничего не увидела бы из-за пелены слез.

Автобус тащился медленнее обычного — за несколько часов до нового года людям было не до того, чтобы соблюдать правила дорожного движения. Толпы на улицах временами выплескивались на проезжую часть и тогда к шуму, крикам и взрывам петард добавлялись гудки машин.

Но тем, кто ехал вместе со мной, было, в принципе, все равно. Они были слегка пьяны, возбуждены и веселы. Менялись блестящими шляпами и красными колпаками, пили шампанское из горла и размахивали светящимися волшебными палочками так, что от их мерцания слезились глаза.

— Девушка, улыбнитесь, вы такая красивая! — пристал ко мне высокий парень в дьявольских рожках. — Хотите, исполню любое ваше желание? Я волшебник! Загадывайте!

— Исчезните! — от всей души загадала я.

Он покачал головой, вздохнул, но и правда исчез.

Наверное, действительно волшебник.

Пальцы мерзли — с перчатками я так и не справилась.

Дома по-прежнему царил разгром. За прошедшую неделю, к сожалению, меня не навестили волшебные гномики и не привели квартиру в порядок. Я с трудом отодвинула от двери матрас, вошла в разгромленную комнату — и вдруг поняла, что устала. Сил не осталось даже на минимальную уборку, даже соорудить спальное место казалось непосильной работой.

Я села в кресло у рабочего стола и просто вертелась в нем туда-сюда, туда-сюда, глядя в потолок. В голове была звенящая пустота.

Отличный будет Новый год. Даже лучше прошлого, когда я пила шампанское в одно лицо, ругаясь с президентом по телевизору. А потом пошла гулять и познакомилась с симпатичным парнем, который дал мне пострелять из ракетницы. Мы с ним отлично провели новогодние каникулы, но оказалось, что встречи со мной не вписываются в его рабочее расписание.

Точнее, он не захотел их вписывать.