Джон был уверен, что Мэри не станет болтать об этом в деревне, но морально приготовился, что еще неделю она будет обсуждать это с ним.

Для русалки из кухни принесли пластиковый стул, и это решило проблему с водой и плесенью. Джейн с удовольствием пила чай и рассказывала все, что помнила о Джолин Бушби. Этого оказалось немного. Джолин была тихой девушкой, и никто не знал ее близко.

– Вроде бы она была сиротой, – говорила Джейн. – По крайней мере, на похоронах никаких родственников не было. Ой, я не сказала? Джолин умерла при родах. Оставила славного мальчонку. Совсем кроха был, как котенок. Я не знаю, что с ним стало…

По молчаливому согласию они решили не строить гипотез и не обсуждать загадку медальона при Ричарде и Анне-Лизе. Не то чтобы они им не доверяли, но пришлось бы слишком многое объяснять. Когда стали расходиться, оказалось, что уже поздно и Сьюзан пора укладывать Джо, а Виктору – ехать домой, чтобы хоть немного выспаться перед завтрашним мероприятием, и они так и не успели поговорить.

– Ты думаешь, она расскажет больше? – спросил Виктор.

– Не знаю… – протянула Сьюзан. – Но сейчас она нервничала и старалась ответить на конкретный вопрос. Может быть, если просто поговорить с ней о тех временах, она вспомнит какую-нибудь мелочь, которая окажется ключом?

– Любишь детективные романы, да?

– Ты так говоришь, как будто это что-то плохое, – возмутилась Сьюзан.

– Ничуть. – Виктор открыл дверцу автомобиля и покачал головой. – Какой же все-таки сумасшедший день! Призраки, русалки, лесные духи… С нетерпением жду, что будет дальше.

Сьюзан пожала плечами.

– Вряд ли что-то более странное.

Мимо них неторопливо прошел верблюд.

– …И пожалуйста, папа, просто побудь дома. Я постараюсь вернуться поскорее.

Огастеса Бушби устроили перед камином. Сьюзан разложила рядом все, что могло ему понадобиться, – его любимые журналы по садоводству, телефон, ноутбук и антикварную игрушку, купленную на распродаже. Игрушка должна была кружиться и играть мелодию, но внутри что-то сломалось. Сьюзан надеялась, что починка увлечет отца хотя бы на несколько часов.

Старик был бледен и заметно похудел, но в остальном выглядел совершенно счастливым. Он наконец вернулся домой.

– Сьюзан, а куда я, по-твоему, могу деться? Удрать на танцы и до утра отплясывать твист?

Сьюзан обняла отца за плечи.

– Теперь, когда ты это сказал, я начинаю беспокоиться.

– Не волнуйся. Все достойные меня партнерши сейчас на гастролях. Правда, Сью, я уже достаточно взрослый, чтобы несколько часов побыть в одиночестве.

– Ладно. Джо! Мы опоздаем на автобус!

Джо подхватил рюкзак, обнял деда («Веди себя хорошо!»), и они со Сьюзан наконец ушли. Гас выждал некоторое время.