— Не могу, — пыхтит, соглашаясь, Таша. — Ар-р-р-р… Я не беременная! Вы издеваетесь?! По-вашему, можно не знать, что… Ар-р-р-р-р….

— Вы тужьтесь, мамочка, тужьтесь. Головка уже видна.

Самообладанию фельдшера можно только позавидовать. В полном шоке переглядываемся с… получается, новоиспеченным отцом. Который сидит на бордюре, обхватив руками голову, и нет-нет да вскидывается, с надеждой глядя на распахнутые настежь двери. Что-то мне подсказывает, надеется он, что это просто кошмарный сон. Проснется — а нет ничего, так, приснился же ужас!

Минут через пять нас припечатывает доносящимся из пасти скорой:

— Поздравляю, мамочка, у вас дочка. Хорошенькая!

— Охренеть, — озвучивает невысказанное Катя, глупо хлопая глазами. — Кто-нибудь знал, что Таша беремена?

— Как я понял, она и сама не знала, — хмыкаю.

— Разве так бывает? — шепчет пришибленно Тай.

В звуках приближающейся сирены выдвинувшейся нам на помощь бригады тонет плач младенца, истерика его матери и Михино глубокомысленное: «Да, ну не… Да на хер!».

— Не хочешь посмотреть? — замечаю будто бы между прочим. Не знаю ведь, что они решат — палить или нет контору?

— Зачем? — морщится Стрельников.

— Ну, мало ли. Вдруг тебе хочется увидеть…

…Дочь. Блядь, Мих, не тупи. Так и хочется отвесить ему подзатыльника. Пусть в такой ситуации его шок, наверное, простителен, шок Таши все же, думается, намного сильнее. Потому как это из ее тела только что вдруг нежданно-негаданно выбрался новый человек. Стрельникову бы сейчас собраться с силами и как-то ее поддержать. Но тот так долго решается, что нас всех оттесняет бригада вновь прибывших медиков, и он тупо не успевает выжать из себя нужное.

В просторном коридоре новенького перинатального центра царит оглушительная тишина.

Не знаю, кто в большем ауте — Тай или Миха. На обоих страшно смотреть.

— Узнаю, кто с ней это сделал — убью, — обещает Никита.

— С чего бы? Может, Таша была не прочь? — возражаю я, потому что Стрельников, по ходу, собирается оставить это замечание без внимания. Интересно, он вообще слышит угрозы потенциального пасынка?

Ну, какой же пиздец, а! Я переживал, что нам Кэт работу похерит, а беда пришла, откуда не ждали. И что теперь прикажете делать?! Миха явно не в восторге от своего отцовства, Тай этого не поймет и не простит… Таша, как бы не любила Стрельникова, наверняка тоже. И в итоге посыплется вся работа.

— Ну, что, господа хорошие, — начинает врач еще из-за двери, — молодая мамочка свою работу выполнила на пять с плюсом. Все хорошо. И с ней, и с малышкой. Восьмерка по Апгар. Два девятьсот. Сорок девять сантиметров. Анализы, я так понимаю, никто не сдавал?

Синхронно качаем из стороны в сторону головами.

— Тогда, простите, никого в палату не приглашаю. Увидите малышку на выписке завтра.