— Она покинула этот дом вчера, а о ее лондонской жизни мне ничего не известно, если не считать скудных сплетен, что временами докатываются и до нашей тихой заводи. — Лео злорадно ухмыльнулся. — Похоже, она от вас сбежала, милорд.

— Ну, нет, — уверенно возразил Эрит, расправляя плечи. Решимость придала ему сил, заставив забыть об усталости и подавленности. — Я разыщу ее, даже если придется потратить на поиски целую вечность.

— Лорд Эрит? Что привело вас сюда в этот час?

Мэри Уэнтуорт одевалась в спешке, ее седеющие каштановые волосы, наскоро стянутые в узел на затылке, казалось, вот-вот рассыплются по плечам.

Войдя в гостиную, она присела в реверансе. С трудом верилось, что этот скромный серый воробушек — кузина великолепной, блистательной Оливии Рейнз. Странно, что такая женщина могла убедительно играть роль матери красивого молодого человека, занявшего теперь место рядом с ней, чтобы защитить ее от грозного графа.

— Вышла ошибка, миссис Уэнтуорт, — с поклоном ответил Эрит. — Я надеялся встретить здесь мисс Рейнз.

— Оливию? — Пасторша растерянно нахмурилась. — Но она живет в Лондоне.

— Я это понял.

 — После долгого бесплодного путешествия Эрит с горечью заключил, что ему следовало искать свою добычу в Лондоне. Но где? Где? Ему захотелось сейчас же вернуться в столицу и, не откладывая продолжить поиски. — Простите, что потревожил вас.

— Но почему вы решили, что она здесь? — не отставала миссис Уэнтуорт. Она с подозрением смотрела на Эрита, явно желая услышать объяснения.

Лео успокаивающе похлопал мать по руке.

— Не волнуйтесь, матушка. Это простое недоразумение, его сиятельство ошибся, вот и все.

— Но явиться в такое время разыскивать мою кузину… — Миссис Уэнтуорт озабоченно сдвинула брови.

 — Муж в отъезде, а то я даже не знаю, что бы он подумал.

Эрит легко мог себе представить, как сильно осложнило жизнь викария родство со скандально знаменитой лондонской куртизанкой. И все же преподобный Уэнтуорт растил Лео как собственного сына. В глазах Эрита этот благородный человек являл истинный пример христианского милосердия.

— Мне остается лишь снова извиниться перед вами и покинуть ваш дом, мадам. — Вежливо поклонившись, Эрит повернулся к дверям. В его мозгу лихорадочно крутилась одна мысль: «Где может быть Оливия?» Монтджой был прав.

Она исчезла, затаилась, будь все проклято!

— Я провожу вас, — предложил Лео.

Они вышли во двор, где Бей жадно пил воду из ведра (кто-то успел о нем позаботиться). Как ни странно, их молчание отнюдь не казалось тягостным, скорее дружелюбным.

— Великолепное животное, — восхищенно выдохнул Лео, подходя ближе и гладя Бея по могучей шее, не такой гладкой и блестящей, как обычно, после долгой езды по пыльной дороге. Лицо юноши выражало неприкрытый восторг.