Кэл запускает пальцы в мои волосы, садясь так, что наши губы почти соприкасаются.

Я складываю губы вместе, зная, как люди в этом мире относятся к информаторам. И все же, поскольку я все равно покидаю этот мир, мне наплевать на их мнение.

И все же приятно, когда Кэл снова притягивает меня к себе для страстного поцелуя, разоряя меня до тех пор, пока я не превращаюсь в дрожащее месиво, крадя каждый мой вдох для своего собственного.

— Ты сумасшедшая, — говорит он, отстраняясь. — Надеюсь, тебе нравилось быть моей пленницей раньше, потому что теперь я буду чертовски следить, чтобы никуда не денешься.

— Значит, аннулирования брака не будет?

— Абсолютно, черт, нет.

Я выскальзываю из постели на следующее утро после того, как Елена возвращается на остров, пытаясь заново познакомиться с теми частями дома, которые избегал, пока ее не было. На пляже, где я показал ей свои физические, видимые шрамы. Библиотека, где она проводила так много времени после своего первого приезда, свернувшись калачиком, читая книги, которые уже просматривала дюжину раз, отчаянно желая чем-нибудь заняться.

Дав Марселине выходной на утро, я поджариваю тост, намазываю его сливочным сыром и разламываю гранат, раскладывая еду на подносе и приношу в постель еще до того, как она почти проснулась.

Ставя его на тумбочку, сажусь на матрас рядом с ее спящей фигурой, провожу рукой по ее боку, как я делал неоднократно с прошлой ночи, просто напоминая себе, что она реальна.

Что она вернулась ко мне.

Красавица и чудовище.

Она, наконец, просыпается, моргает своими мягкими золотистыми глазами, смотрит на меня, хихикая, когда я наклоняюсь и накрываю ее рот своим.

— Утреннее дыхание, — говорит она, откатываясь от меня.

Схватив ее за плечо, я тяну ее на спину, сжимая ее подбородок двумя пальцами.

— После каждой телесной жидкости, которой мы делились, вот где ты подводишь черту?

Высунув язык, она краем глаза замечает еду и взволнованно визжит.

— Ты приготовил мне завтрак?

Я пожимаю плечами, поднимаю поднос и ставлю его ей на колени.

— В этом нет ничего особенного, и теперь, наверное, уже все остыло.

Закатив глаза, она игнорирует тост и сразу же принимается за гранат, задумчиво жуя и изучая меня.

— Ты знаешь, — говорит она, — я действительно не думала о том, как падение Ricci Inc. может повлиять на тебя, когда отправляла все эти доказательства на Десятый канал.

— Этого не будет, — говорю я, махая рукой. — Я уже позаботился о своем официальном участии с твоим отцем и в его бизнесе. До тех пор, пока моя служба безопасности будет делать то, что должна, я даже не буду существовать для Риччи.