— Уж я-то знаю о твоей склонности к самопожертвованию: ты была готова раствориться в любимом мужчине без остатка! Рвануть за ним в тмутаракань, варить щи-борщи, жарить котлеты и при этом чувствовать себя на десятом небе от счастья!

— Может быть, — не собираясь спорить, кивнула Инна. — Но скорее всего мне было плохо оттого, что на тот момент я так и не простила ни Артема, ни Вадима, а потому не могла начать новую жизнь. И вот однажды Дени привел меня на эту площадь, рассказал ее историю и заключил: «У каждого в душе должна быть площадь Согласия». Я знаю, что он лишь повторил чьи-то слова, но в тот момент они так глубоко в меня проникли… Во мне словно что-то перевернулось…

Тамара удивленно взглянула на Инну. Погрузившись в себя, та на какое-то время словно забыла о подруге.

— И тогда я поняла, — продолжила она. — Я не потому буду жить в Париже, что так сильно люблю Дени. Я люблю Париж, и поэтому буду жить здесь со своим мужем!"

"— Как-как? — не поняла Тамара. — Повтори.

— Я не потому живу в Париже, что люблю Дени. Я люблю Париж, и потому живу здесь со своим мужем!

— Браво! — не удержавшись, зааплодировала Тамара. — Браво!

Уже не пытаясь скрыть любопытство, сидящие за соседним столиком молодые люди стали вызывающе рассматривать их в упор.

— Да, поломала нас жизнь, — не обращая внимания на многозначительные взгляды, заключила Тамара. — А ведь двадцать лет назад две наивные дурочки свято верили, что всем на свете правит любовь!

— А она и правит. Только само понятие любви гораздо шире… Простить человека не так уж сложно, надо лишь понять, что заставило его так поступить. Когда научишься понимать, научишься и прощать.

— И как же этому научиться? Я так понимаю: это дар Божий.

— Согласна, кому-то это дано от рождения. Но только научившись прощать, можно достичь гармонии в себе. Гармонии мыслей, чувств, поступков…

— Ну, полная чушь! — не удержалась Тамара. — Та же жизнь изо дня в день только и делает, что рушит эту гармонию! Не пойму я, ты сама до всего этого додумалась или на тебя так местные философы повлияли?

— Жизнь, Тома, повлияла… Ну да ладно, хватит. Пока не имеет смысла говорить с тобой на эту тему — ты еще не готова.

— И когда же, на твой взгляд, я буду готова?

— Когда прорвет нарыв у тебя внутри… Когда перестанет гноиться, кровоточить… Рано или поздно это обязательно случится, потому что в душе ты осталась прежней Тамарой, которую я любила и которую продолжаю любить. Во всяком случае, я в это верю. Как бы ты ни пыталась доказать мне обратное… В котором часу ты вылетаешь в понедельник? — сменила она тему.

— Рано утром.

— Жаль… Можем не успеть…

— На четыре часа назначено интервью для одного женского журнала.

— Правда? Вот здорово! — оживилась Инна.