Я упала в огромное красное пятно, перед глазами плыли образы любимых. Счастливые, улыбающиеся. Может, сейчас вы заживёте нормальной жизнью. Всё стало стихать, ни голосов, ни шума, только тихий гул в ушах. В глазах белая пелена, а потом и вовсе темнота.

По прибытию нас встретил Саша и отвёл всех в штаб-квартиру. На месте обнаружился ещё примерно десяток подготовленных ребят — штурм запланирован в полночь.

— Как обстоят дела? — спросил Виталик Сашу. Тот подозрительно на меня покосился. — Саша? — с нажимом в голосе, Виталик сделал шаг к нему.

Парень замялся, и я понял: что-то не так, да все уже поняли.

— В особняке собрались все лица, участвовавшие в этих делах… — начал Саша.

— Так-то лучше, возьмём всех сразу, — сказал глава группы из Москвы, Илья.

— Вечеринка у них обломалась, — продолжал парень и посмотрел на меня, а я почувствовал нехорошее. — Мы видели Алесю Сергеевну…

— Как она? — бросился я к нему. — С ней всё в порядке? — спросил я парня, дрожь пробила моё тело до костей.

— Простите, Марк Андреевич, — парень покачал головой и опустил голову.

— Что значит, простите? — почти крикнул я и взял его за шиворот куртки.

— Марк! — послышался голос Миши.

— Отвечай! — не отпуская парня, я с силой впечатал его в стену.

— Марк! — крикнул Миша и оттащил меня. — Рассказывай, — спокойно приказал он Саше, пока я пытался восстановить дыхание, нервно потирая подбородок.

— Три часа назад к особняку начали припарковаться машины, мы вычислили всех его подельников. Они тихо сидели в гостиной Соколова — обычные посиделки. Но потом Соколов привёл полураздетую женщину, мы узнали в ней Алесю Сергеевну, тогда стало ясно, что будет дальше, — парень говорил, а у меня по-тихоньку закипал мозг, а сердце грозилось взорваться от бешеного ритма.

— Почему не доложили сразу? — спросил Виталик своего подчинённого.

— Мы как раз в тот момент и собрались, но Алеся Сергеевна ударила бутылкой местного прокурора, — моя бедная девочка борется за свою жизнь, даже не зная, что есть кому её спасать. — Там все опешили, но не успели и глазом моргнуть, как девушка вскрыла себе вены куском бутылки, — моё сердце сжалось и остановилось.

Ноги стали ватными, и я опустился по стене на пол.

— Она… — голос мой звучал хрипло.

— Думаю… да, — этот парень резал меня острым ножом.

— Так ты точно не знаешь? Что там было? — спросил Миша.

— Крови было много, она просто упала, Соколов кинулся к ней, но больше мы её не видели, — это было последнее, что мозг сумел осмыслить.

Голова кружилась, в висках больно пульсировало, из глаз покатилась одинокая слеза.

«Не успел. Не смог. Не защитил.

Как мне жить без неё? Я не хочу, не смогу.