К телефону не подходила.

Светка приехала к ней поездом Милан – Париж на неделю по просьбе Саши. Он должен улетать на гастроли, но не знал, как оставить Инку одну в чужом городе после того, что произошло на родине.

Инка на первый взгляд показалась Свете вполне нормальной Инкой, какую она знала с детства. Читала свои стихи, слушала истории про новую Светкину жизнь, шутила. Только наотрез отказывалась выходить из дому. Ни по магазинам, ни в кафешку, ни в музей. Да что ж это такое! Быть в Париже и не нагуляться до одури, не надышаться его волшебным воздухом, в котором витает очарование и любовь!

– Ну, и что дальше? Так и будешь дома сидеть? – спросила наконец огорченная Света.

– Я не знаю, что дальше. Думала, пройдет. Но – никак. Я, наверное, не смогу больше в городе жить. Ни в каком.

– Я себе представляю безлюдное место в горах. Чтоб туда трудно было добраться. И чтоб ни от кого не зависеть. Я хочу там тихо жить, гулять, творчеством своим заниматься. Никого чужих не видеть.

И это говорила общительная и дружелюбная Инка! Невероятно!

– Но ты понимаешь, что для Саши это невозможно – в горах с тобой жить? Как он по концертам ездить будет?

– Я все понимаю.

И допускаю, что все будет ужасно. У нас с ним. Но я… Меня будто и нет уже.

Инка опустила голову. Заплакала, подумала было Света. Но нет, слез не было. Она просто будто ушла и дверь за собой заперла. Значит, все, решила для себя, как ей выжить.

– А меня к себе в горы позовешь?

– Конечно! – Инка улыбнулась, словно возвращаясь к себе прежней. – Тебя, Асю, всех своих, конечно. Сережка, кстати, одобрил.

Впервые упоминание о тайном возлюбленном не заставило Светкино сердце учащенно биться. Она даже спросила о его личной жизни и планах.

И вполне спокойно узнала, что работать он теперь будет в Москве, а жену себе пока не приглядел.

В Москву Инка не собиралась возвращаться никогда.

Конечно, никогда не говори «никогда». Признаться, и Светке не очень хотелось в родные пенаты. Кто там оставался из прежней их жизни? Только Асенька. Но она вполне может прилетать к ним.

Жалко пустующую квартиру. Правильнее всего было бы ее сдать. Сделать, например, евроремонт и сдать приличным людям. Но цены тогда за аренду жилья казались до смешного низкими. Не стоило оно того.

А против ремонта восстала всей душой бабушка.

– Умру, тогда делайте, что хотите. А пока – оставьте все как есть. Я, может, вернусь еще домой. Дома и стены помогают. Мне даже воспоминание о них душу греет.

Светка полностью соглашалась с бабушкой. Пусть родной дом останется родным домом. Со всеми следами их прошлой счастливой жизни в семейном гнезде.

На том и остановились.

В ПОИСКАХ НОВОЙ ДРУЖБЫ

Больше всего в новой жизни тяготило Светлану отсутствие друзей и, стало быть, собственной, отдельной от Марио жизни.