И она ему не доверяла. Теперь она тоже знала, на что он способен.

Зверь не выходил у нее из головы. Чудовище, разорвавшее у нее на глазах двух мужчин, не желало покидать ее мысли. Порой она незаметно разглядывала Брента, пытаясь отыскать в его лице черты второй ипостаси. И постепенно Ринке начинало казаться, что она их видит.

Стоило лишь вглядеться внимательнее, и ей чудилось, что за спокойным, бесстрастным выражением уркха скрывается жуткий оскал. Что в его глазах клубится тьма, рассеченная линией вертикальных зрачков. Что из его горла вот-вот вырвется глухое рычание, а на руках появятся стальные когти…

Несколько раз девушка пыталась подробнее расспросить Брента об уркхах, но тот угрюмо молчал.

Она же перебирала в памяти древние легенды и мифы о Перворожденных, подчерпнутые из церковных книг, но не могла вспомнить ничего подходящего.

Только однажды Брент обмолвился нехотя, что уркхи, эндиль и илитиири почти братья, вышедшие когда-то из одного зерна. Верховный бог Рилль’Аргван дал уркхам силу и выносливость, эндиль – мудрость и хитрость, илитиири – ловкость и быстроту. Но потом их пути разошлись. Илитиири ушли под землю и теперь выходят на поверхность только в ночные часы.

Эндиль построили хрустальные города, а уркхи… Уркхи стали теми, кто они есть: воинами, чья жизнь проходит в боях и походах.

Теперь уркхи служат эндиль. Защищают хрустальный трон Эльвериолла.

– Значит, ты служишь мне? – уточнила Ринка, когда он замолчал.

– Нет, я служу своему аэру.

От его слов повеяло чем-то жутким, и девушка вдруг поняла: он говорит ей чистую правду. Вся эта показная забота о ней всего лишь обязанность перед тем, кому он поклялся в верности. И если завтра его господин прикажет ее убить…

Нет, об этом думать она не хотела.

Гнала от себя тревожные мысли. Но чем больше сокращалось расстояние между ней и загадочным Эльвериоллом, тем назойливее лезли в голову подозрения, и тем тяжелее становилось на душе.

Постепенно путники продвигались вдоль русла Саузы к морю, и на рассвете третьего дня Ринка почувствовала на губах соленый ветер, несущий запах йода и водорослей.

– Скоро будем на берегу, – произнес Брент, заметив, как девушка вдыхает прохладный воздух.

После неудавшегося побега она вела себя подозрительно тихо.

И это тревожило Брента. Тревожили мысли, что бродили в ее хорошенькой головке. Ее увеличивающаяся с каждым днем сила, которой она не умела управлять. Красота, которой она не осознавала…

Здесь, на человеческих землях, Ринка становилась опасной.

Брент понимал это и потому торопился. Время катастрофически уменьшалось, не оставляя места для маневров и размышлений.

– Что будет, когда мы пересечем Пролив? – проговорила девушка, глядя, как солнце играет в речной воде.

– Ты будешь в безопасности.