– Никакого времени не хватит, чтобы забыть то, что ты сделал, – одергиваю подол больше негодного платья и обхватываю себя руками.

Впервые в жизни я испытываю потребность защититься от собственного мужа.

Боже, такое ощущение, что передо мной совершенно чужой человек без сердца и сострадания.

– Нет, Эльдар, я точно знаю. Жить и каждый день думать о том какая сегодня под тобой женщина – это испытание, которому я себя никогда не смогу подвергнуть. Для тебя возможно, это нормально приходить после них ко мне, а для меня – нет. Даже сейчас я чувствую себя грязной. И эту грязь нельзя отмыть. На мне клеймо, которое видели все, включая наших родственников и друзей. Ты унизил меня, растоптал. И теперь в их глазах я дура, которой наставили рога.

– Не драматизируй, Рита, – грубо обрубает муж, – перетрут и забудут. Тебе ли не знать, как быстро забываются подобные темы.

Да, я правда знаю. Среди коллег Эльдара есть семьи, в которых жены знают о том, что их мужья гулящие и мирятся с этим. Мол это нормально, главное из дома не уходит, уже хорошо. Вот только я так жить не согласна.

– К сожалению, знаю. Но раньше я была уверена, что никогда не испытаю на себе этих снисходительных взглядов, которые постоянно бросают на жен изменников.

Разворачиваюсь и ухожу. Кожу спины жжет взгляд мужа до самого выхода из гостиной.

Поднимаюсь на второй этаж, а внизу в этот момент громко хлопает входная дверь. Я вздрагиваю и замираю. На автомате поворачиваю голову к окну.

Мой муж тяжелым шагом спускается по ступеням, и идет в сторону своей машины. Рывком открывает дверь, садится за руль. Его Лексус срывается с места, взметая пыль из-под колес, а у меня такое ощущение, что эта пыль забивается мне в ноздри.

Теперь его внезапные вечерние поездки открылись для меня в новом свете. Если раньше я свято верила в то, что у Эльдара работы невпроворот, внеплановые мероприятия и встречи, то сейчас я четко понимаю, какой наивной и слепой была все это время.

Разворачиваюсь спиной к окну и пытаюсь справиться с невидимой гранитной плитой, которая давит на грудь. По щекам снова текут слезы, хочется свернуться калачиком и завыть. Вот только даже свернуться негде. Обвожу взглядом широкий холл и понимаю, что задыхаюсь здесь. Место, которое было для меня всем, нашим с Эльдаром и Полиной домом, в одно мгновение перестало им быть.

Переодеваюсь, спускаюсь назад и отыскав в своей сумке мобильный, вызываю такси. На экране хищными пираньями кусаются сообщения, присланные в мессенджер от моих знакомых и подруг. Даже от тех, кто не присутствовал на празднике. Я выхватываю только отдельные фразы: «Зай, я только узнала, это кошмар», «Маргарита, вы главное держитесь», «Ритуля, ну как ты, дочка? Мы с папой волнуемся».

Блокирую телефон, не в состоянии сейчас отвечать.