– Если честно, не знаю, – пожимаю плечами, – Платил за всё Эльдар. От меня требовалось выбрать координатора, с которым мы уже обсуждали дизайн шатра, музыкальную группу, меню и всё остальное.

– Ну дизайн можно было бы и лучше выбрать, без обид, зай, – Таня трогает лепесток нежно розовой розы, украшающей композицию стола и скептически морщит нос. – Почему всё такое розовое? Могла бы мне сказать, вместе определились бы с цветом.

– Потому что десятую годовщину свадьбы называют розовой, – объясняю я.

– Если не ошибаюсь, то оловянной тоже.

– То есть лучше было бы, если бы цветы были оловянные?

Таня на мгновение задумывается, а я снисходительно улыбаюсь. Знаю, что она терпеть не может этот цвет. Еще в детстве мы часто спорили, когда я хотела розовые платья для куклы, а она красные. Родителям приходилось разрываться, потому что денег особо не было, чтобы угодить нам обеим. Я уступала тогда. Но несмотря на то, что мы во многом расходимся во вкусах, мы все равно с ней самые близкие. Почти, как настоящие сестры.

– Ну да, согласна, олово было бы лишним, – признаёт она и с широкой улыбкой поднимает бокал, – За тебя, Ритуль!

– Точно, ты такая счастливая, Ритуль! За вас с Эльдаром! Много раз еще по десять лет вам! – подхватывает Света, и мы ударяемся бокалами.

Я стараюсь много не пить, потому что пока с каждым гостем разделишь тост, можно сильно захмелеть. А мне этого не нужно. Делаю маленький глоток, когда голос ведущего звучит из микрофона:

– Минуточку внимания, уважаемые гости. Прошу всех занять свои места. Маргарита, пришла очередь Вам получать свой подарок.

Я отправляюсь к своему столу, где меня уже ждет Эльдар и вся наша семья.

– Что ты придумал? – заговорщицки шепчу, занимая своё место.

Вокруг гаснет свет, и включается проектор.

Я поворачиваюсь так, чтобы видеть экран, Эльдар обнимает меня сзади, а потом вдруг раздаётся громкий стон.

Картинка, которую транслирует проектор, парализует меня.

– Ох, что же это? Пойдём Полюшка, – скорее слышу, чем вижу, как мои родители с дочерью спешно встают из-за стола и торопятся к выходу из шатра.

Мне бы самой подумать о том, чтобы вывести дочь, но я пошевелиться не могу. Даже вдох сделать не получается. Горло спазмировало, окольцевало тугой цепью.

Потому что на большом экране, на который сейчас смотрят все наши гости, Эльдар и Таня. Моя Таня и… мой Эльдар.

Голые, взмокшие, развратные. Под ними смятые простыни, а рядом на подушке валяется кружевной красный бюстгальтер. Мой муж держит подругу сзади за бедра и тянет к себе за волосы. Обхватывает ладонями её талию, мнет кожу. Говорит что-то, но я не слышу. В уши словно стекла насыпали. Только вижу, как она сладострастно улыбается и выгибается дикой кошкой, подаваясь на встречу ему движениям.