– Увеличение общей нервной массы, естественно, прекращается сразу же после их возвращения на Базу, то есть вне комплекса Зоны. Нежелательных последствий, в общем-то, никаких. Конечно, за время обследования. А что случилось?

– За месяц изменения в организме почти не заметны, - сказал Диего. - Идет как бы накопление средств для…

– Скачкообразной мутации, - докончил Нагорин. - Я думал об этом. Да, риск велик. Как далеко зашло у тебя?

– Он уже может заменить компьютер, - невесело усмехнулся Доброгнев. - Что он еще будет уметь, я не знаю. Факт остается фактом - все ваши методы защиты от энифианских способов воздействия на людей в Зоне не годятся, даже пакетная силовая защита.

– Характеристики этого излучения уже известны, - произнес Руденко. - Теперь все зависит от физиков, насколько быстро они от теории перейдут к практике и изготовят нам необходимую аппаратуру.

Нагорин долго молчал, рассматривая свои руки, как чужие: такая у него была привычка. Потом тихо произнес:

– Мы все отлично понимаем, что можем найти в случае удачи и что потерять. Конечно, пандологи поставят тебе памятник, Диего, но… не пора ли заканчивать эксперимент? Ведь мы не знаем, для чего энифиане воздействуют на дежурных в Зоне излучением или целым набором излучений, влияющих на генную память. Я понимаю, соображения руководителей УАСС и виднейших специалистов ИВК, направленные на выяснение мотивов поведения энифиан, заслуживают внимания, но я уверен, что наши методы (он так и сказал методы, с ударением на слоге "то") выяснения этих мотивов, по крайней мере, некорректны.

– Это соображения безопасности для всей нашей цивилизации, - медленно сказал Руденко. - В УАСС работают опытнейшие прогнозисты, способные предвидеть события на годы вперед…

– Дело не в компетентности работников аварийно-спасательной службы, - поморщился Нагорин. - И даже не в том - зачем энифианам экспериментировать над нами, какую цель они преследуют. Простите меня, но любой эксперимент над человеком бесчеловечен, даже если он направлен на выяснение опасности для остальных людей. Мы же видим: цивилизация энифиан явно нездорова, негуманна в самом прямом смысле этого слова. В связи с чем встает вопрос: не станет ли Диего когда-нибудь опасен для этих самых людей, ради которых он сегодня подвергается риску?

– Вывел! - крикнул Доброгиев, избегая смотреть на Диего прямо.

– То же самое имели в виду и эксперты Управления, - пробормотал Руденко, с сочувствием рассматривая спокойную физиономию Вирта. - Не в этом ли и состоит цель энифиан - глобальная биоразведка земной цивилизации?

– Вы правы, - сказал Диего, погладив бритую голову. - Подстраховка мне не помешала бы. Но я на планете уже четвертые месяц и… ничего.