К следующим показам поработаешь над качеством тела и вернёшься в прежнюю лигу. Иди готовиться.

— Кира! — Фабио положил руку на сердце. — Ты ангел. Я ее больше часа пытаюсь вразумить.

— Прокачивай скилл убеждения. Это зона твоей ответственности, не моей. Не хватало ещё вытирать моделям сопли, рискуя сорвать совещание. И попробуй только меня разочаровать. Я жду показа, достойного лучших подиумов мира. Просто творить шедевры мало, если не можешь их достойно преподнести.

— Да помню я все, — убедил Фабио. — Ты скажи, дочь эмира будет одна? Говорят, ее сопровождает брат. Арабский принц. Мои ласточки откуда-то об этом узнали, и терпеть места себе не находят. Каждая спит и видит себя любимой женой шейха. Отсюда и истерия по поводу нарядов, едва не передрались.

— Ради чего? — фыркнула я. — Ради праздного пожирания пахлавы в заточении, сомнительного права числиться надцатой женой и драться с другими за право дать первой? Что за вата у них в голове?

— У тебя неверные представления, Кирочка, — возразил Фабио, — современные арабские принцы получают образование в лучших вузах, ведут бизнес со многими странами и не спешат вернуться к истокам своих предков. Сам факт того, что принцесса Газаль Аль-Махаби получила блестящее образование и путешествует, при этом носит европейское платье, тебе ни о чем не говорит?

— Куда больше мне говорит то, что она путешествует под тотальным контролем брата и согласовывает с ним каждый свой шаг. Запад есть запад, восток есть восток, Фабио, и вместе им не сойтись.

— Ты стопроцентная, непробиваемая акула бизнеса! — резюмировал Фабио. — Возвращайся к совету директоров, у меня все под контролем. Я не подведу.

Что ж, он действительно не подводил ни разу. На этого человека я могла положиться. Все, что оставалось — покинуть закулисье показа и вернуться в зал переговоров.

Мать задерживалась. Начинать заседание без нее не хотелось. Именно она с отцом создала компанию "Легрессо", вместе они вывели ее на международный рынок. Она продолжала управлять ею, когда не стало моего отца. Мне тогда было пятнадцать лет.

— Ирина, кофе. — Воспоминания об этом до сих пор сжимали сердце. Я как будто возвращалась в ту самую ночь, когда телефонный звонок разделил нашу жизнь на до и после.

"Авиакатастрофа. Аэробус рухнул в горном районе. Никто не выжил".

Мать чудом справилась. Кристина, моя тётя, не дала ей нырнуть в депрессию, а акционерам перегрызться за право сесть в кресло президента. За это мы обе были ей безмерно благодарны.

В деловом мире мою мать прозвали королевой. Она действительно правила, как монархиня. И пусть уже пошло четыре года, как я вникла в семейный бизнес и знала все, что должна была знать, мама оставалась для меня неоспоримым авторитетом. Каждый день я училась у нее чему-то новому.