Все их попытки заканчивались неудачей — шурфы упирались в скалу, а последний, помеченный крестиком, стал могилой для брата Абсолюта. Это удалось установить по документам, сохранившимся в клеенчатом бумажнике, найденном на останках человека, погребенного под сводами обвалившегося шурфа. Но о том, какая счастливая случайность помогла брату Абсолюта избежать смерти вместе с караваном, история умалчивает.

Кстати, выводы специальной комиссии о причинах гибели каравана почти полностью совпали с версией Гангутов.

Лена взглянула на часы. Кухонные ходики показывали десятый час вечера. Она прошла в детскую.

Сергуня разметался во сне, разрумянился. Она накрыла его простыней, ласково погладила темноволосую головку. Набегался за день во дворе, чуть не до полусмерти замучил Флинта и Рогдая, пытаясь кататься на них верхом.

Вернувшись в гостиную, она поправила цветы в вазе, осмотрела накрытый стол: кажется, ничего не забыла. Сегодня они в третий раз отметят Праздник первого укуса, как его называет Алексей, очередную годовщину их знакомства.

За окном послышался шум мотора. Лена выскочила на крыльцо. Усталый, запыленный муж поднимался ей навстречу. Она обняла его, прижалась губами к заросшей темной щетиной щеке.

— Наконец-то, а то я все глаза проглядела!

Алексей протянул ей маленький букетик фиалок:

— Смотри, уже успели распуститься.

Она прижала их к лицу, вдохнула тонкий аромат, подняла смеющиеся глаза на мужа:

— Иди мойся быстрее, я уже стол накрыла.

— Как Сережа? — крикнул он с порога ванной.

— Все хорошо, спит, сорванец, безмятежно.

На кухне она вытащила из холодильника бутылку шампанского. Нагнувшись к духовке, заглянула, готов ли пирог. Муж подкрался сзади, обнял, коснулся губами ее шеи:

— Всю эту неделю мечтал только о том, что вернусь домой…

Лена повернулась к нему лицом, прижалась к груди.

— Ты не представляешь, как я по тебе соскучилась! — Немного отстранившись, заглянула в глаза. — В этот раз удачно съездили?

Алексей удрученно махнул рукой:

— Ничего подобного. Все продолжается — и браконьерство, и кража скота. И заведи мы даже эскадрилью вертолетов и собственную «альфу», если власти не будут нам помогать, толку не будет. Остапенко тоже бессилен помочь. У него своих забот выше ворот. Шерхан и Македонец были только небольшой частичкой паутины. Одну базу в горах уничтожили, десяток новых баз создадут, только во сто крат осторожнее будут. — Алексей посмотрел на огорченное лицо жены. — Ну вот, испортил тебе настроение! — Обнял ее за плечи, увлек в гостиную.

Глядя на накрытый стол, радостно потер руки.