Он просто работал ногами, внимательно смотрел перед собой, выбирая наиболее удобный путь, стараясь при этом не очень сильно уклоняться от намеченного маршрута.

Уклон кончился, и начался подъем. Теперь Алексей оказался в менее выгодном положении. Подошва горы заросла низкорослым ивняком, он с трудом продирался сквозь него и уже не бежал, а просто пытался идти быстрым шагом вверх по склону. Преследователи же, наоборот, мчались с горы вниз, по крикам было понятно, что они дышат ему в спину. Но лес приближался — огромные, до неба, деревья — ели, пихты, кедры. Если он успеет нырнуть в него, то есть еще шанс побороться.

За стволами деревьев вполне могла укрыться пара-тройка толстячков вроде Жор Жорыча, здесь лучи света пробивались сквозь кроны, создавая причудливую мозаику из полос и пятен, здесь были завалы валежника и камней, ямы — все это могло послужить надежным укрытием в случае перестрелки.

Толстый слой хвои позволял двигаться бесшумно.

Словом — лес был его спасением, а потому самой желанной целью.

Он слегка сбавил обороты и поэтому успел отдышаться, но сердце продолжало бешено колотиться.

Пожалуй, пора прекращать бег с препятствиями и переходить к партизанской войне, включающей разнообразные мелкие и крупные пакости в адрес противника.

Алексей даже улыбнулся, представив, какое негодование вызовет это в стане преследователей, и нырнул поглубже в лес. Вдруг все стихло, и он на мгновение подумал, что погоня прекратилась, но тут послышались голоса справа, им ответили слева, и он понял, что противник решил прочесать лес более тщательно. Надеясь, что следопыты среди них вряд ли окажутся, хотя и такой возможности нельзя было исключить, Алексей решил подыскать подходящее место, чтобы укрыться в нем и позволить погоне пройти мимо.

Алексей не хотел заходить слишком далеко в тайгу. Он беспокоился, сумеют ли Лена и Максим Максимович благополучно уйти через долину. А если бандиты на всякий случай оставили своих людей в поселке и они нарвутся на засаду? Он не успел предупредить, чтобы они ни в коем случае не ввязывались в перестрелку. Иначе «македонцы» сразу сообразят, что их водят за нос, и тогда все его усилия окажутся напрасными.

Вокруг него вздымались стволы огромных кедров.

Ветки у них начинались лишь на высоте десяти — пятнадцати метров, но вот на пути встал молодой, пригодный для лазания кедр. Алексей подпрыгнул, ухватился за нижнюю ветвь и, подтянувшись, пролез немного выше, устроился в густой зелени кроны. Автомат пристроил на коленях, изготовившись на всякий случай к стрельбе. Сразу за кедром приютилась скромная полянка, обрывающаяся небольшим скальным уступом, — удачнее пути для отступления нельзя было придумать.

В течение нескольких минут он наслаждался тишиной.