Собираешь волю в кулак и идёшь к лесу, проходишь пару метров и прячешься так, чтобы с дороги и остановки тебя видно не было. Поняла?

— Я знаю, милая, знаю. Подключи наушники, я буду на связи.

Она конечно почувствовала подвох в моих ласковых словах, ведь на самом деле мне очень хотелось приехать, перекинуть ее через колено и как следует отшлёпать. Но кому станет легче, если эта дуреха психанет и сбросит вызов?

— Давай, Женя! Прячься.

Я тоже подключил наушники, спустился вниз. Схватил черную куртку и ключи от машины. Моя машина отправилась в утиль, но отец разрешал иногда брать его внедорожник.

Повернул ключ в замке зажигания, дождался открытия ворот гаража и вдавил педаль газа в пол. Слишком резко, колеса крутнулись впустую, взвизгнув по покрытию. Я убавил газ, вырулил на дорогу, попутно строя маршрут. Пробки в это время пошли на спад и приложение показывало маршрут на тридцать две минуты. Слишком много, за это время может случится все, что угодно.

— Женя? Ты спряталась?

— Тут мокро и холодно, но лес растет под уклоном, думаю меня не видно.

Дороги оказались загружены больше, чем я ожидал. Пришлось лавировать в потоке машин, возможно придёт штраф за опасное вождение, но сейчас нет времени переживать об этом. Красный универсал занял полосу, и неспешно тащился по дороге, я помигал ему дальним светом — ноль реакции. Прекрасно понимая, что веду себя как скотина, вплотную приблизился к бамперу моей помехи и отрывисто посигналил. Универсал нехотя уступил дорогу, и я втопил педаль газа до упора. Тяжёлая машина ревела движком, но разгонялась.

— Саш, там кто-то подъехал к остановке. Мужик вроде.

Всё встало на свои места.

— Может это получатель посылки? Давай я просто выйду и отдам ему пакет?

— Ни в коем случае! Женя оставайся там, где сейчас лежишь!

Я вдохнул, задержал дыхание и резко выдохнул.

— Женя, прошу, оставайся в парке! Я буду через десять минут.

Она засопела, но вроде осталась на месте.

За разговором чуть не пропустил съезд, пришлось срочно врубать поворотник и выкручивать руль. Слишком медленно, я еду слишком медленно!

Когда я подъехал к остановке на ней уже никого не было, только разворошённая мусорка, да полиэтиленовый пакет прилипший к столбу.

— Женя, маякни мне фонариком телефона.

За одним из деревьев вспыхнул огонёк, и я побежал на него. Не знаю почему, но я был уверен: счёт идёт на минуты.

Названая сестра сидела за деревом, кутаясь в парку. Я присел на корточки и выхватил у неё рюкзак. Свёрток оказался на дне пустой сумки, обмотанный чёрным скотчем, по весу грамм двадцать — тридцать.

— Да что происходит! — наконец пришла в себя сиротка.