Она была такая красивая, словно с картинки… Совершенные формы… Грудь, ноги… На ее лице лежала панама. Я подумал, что она спит, и захотел ее напугать. Несколько секунд не мог отвести от нее глаз. Она притягивает, как магнит. Слишком красива и слишком откровенна. Я сел рядом и решил поцеловать. Губы были холодными, словно лед, и синеватого оттенка, глаза закрыты, сердце не билось. Я заплакал… Умерла не просто красивая женщина, погибла любовь…

Мы с Милкой переглянулись.

– Господи, что он несет? – жалобно спросила несчастная Милка.

– У него жар, – попыталась успокоить я.

– Но ведь он в сознании?

– Он бредит. Это бред, Мила…

– Я в сознании, – перебил Вадим. – Все нормально, просто хочу покаяться. Я взял ее на руки и пронес несколько метров. Шел и плакал. А потом испугался, опустил на землю и убежал… Я перепугался, что в ее смерти обвинят меня. Я трус. Я добежал до Ольгиного дома, сел в машину и скрылся на бешеной скорости. Наверное, бог решил меня наказать, поэтому тем же вечером я получил пулю.

Милка смотрела на меня своими большущими глазищами и нервно сжимала кулаки. Я подошла к Вадиму ближе.

– Вадим, а ты уверен, что она была мертва? Может быть, Ольга приняла сильнодействующее снотворное и крепко уснула?

– На пляже – и снотворное? Она была мертва. Я же не конченый лох и могу понять, умер человек или нет. У нее не было пульса и сердце не билось. Я не знаю, отчего она умерла. У нее не было особых проблем со здоровьем. И все же, мне кажется, это не убийство. На теле никаких следов насилия. Что-то с сердцем. Оленька, наверное, сильно переживала. Я мучил себя, ее, жену… Нужно было что-то решать. Она пахла спелой пшеницей… Я любил этот запах. Оля была особенной, наверное, именно поэтому даже пахла по-особенному. Странно, но даже мертвая она пахла как раньше. Казалось, что даже смерть не смогла помешать ее красоте… Даже смерть…

Вадим замолчал, и на его глазах показались слезы. Милка закинула ногу на ногу и повернулась ко мне.

– Ты слышала? Ты слышала, что он несет? И как я, по-твоему, должна к этому относиться?

– Он в бреду. Ты же сама понимаешь, он за свои слова не отвечает.

– Тебе легко говорить. Представь, что бы ты делала, если бы тебе такое заявил Юрец. Ты бы умерла сразу. У тебя бы сердце не выдержало. А я ничего, живу… Муж заявляет, что он любит запах другой женщины. Она, видите ли, пахнет крупой… Идиот! Нет, с меня довольно…

– Прости, – Вадим взял Милку за руку и нежно ее поцеловал.

Милка повела плечами и тихонько всхлипнула.

– Прости, я не имею права тебя обижать. Знаешь, ее, наверное, сразу нашли. На ней могут быть отпечатки моих пальцев…

Милка вытерла слезы, сунула платок карман.

– Ты уверен, что она умерла?

– Конечно, на все сто. Я никогда не смогу себе простить, что так подло сбежал.