Предложил написать по собственному, она практически не противилась. Ни о каком повторении и речи не шло. Правда с дальнейшими моими просчётами вышла осечка. Всё равно не смог нормально отпустить Катёну. Трепал нервы и ей, и себе. Метался из крайности в крайность. То к ней, то от неё. Житья не давал. Сам болел ей. Я тогда вообще каким-то невменяемым был. И для чего, спрашивается, наворотил дел? Думал, проще так будет? Ага, как же. Хер там, а не проще. Скрутило потом ещё хлеще. Все факторы и последствия слились в один беспросветный пиздец.

Конечно, зря я тогда так. Очень зря. Честно могу сказать, что до сих пор жалею. Трахать можно кого угодно, а вот найти женщину, с которой жизнь связать захочешь, куда сложнее. Часто это говорю. Я такую женщину, которую хочется любить на всю катушку, бездарно проебал. И в прямом, и в переносном смысле.

Это сейчас понимаю, что всё можно было бы пережить. Справились бы с диагнозом. Ведь сейчас я не вижу ничего противоестественного в том, чтоб воспитывать неродного по крови ребёнка. Просто нужно было время, чтоб всё утряслось. А я нам этого времени не дал. Лишил такой возможности.

А зря, как оказалось. Ведь с годами пришёл к одному умозаключению, что если до одури любишь женщину, то и ребёнка полюбишь. И плевать, что там моей крови ноль целых, ноль десятых. Ну и что, что моих черт в нём не будет? Зато воспитал бы я. И полюбил бы.

Поняв, что так и не ответил, набрал текст. Мудак? Да. Жалею о том, что натворил? Несомненно. Не знаю, что это изменит, но, по крайней мере, честно.

Выйдя из машины, побрёл к дому Никольских. Так закрутился в последнее время, что к Никите с Варьком, сорвался только сейчас. И то спонтанно. Так бы, наверное, ещё долго собирался.

– Привет! Проходи, Гриш. – дверь открыла улыбающаяся Варя, с Олесей на руках. – Никита сейчас по телефону договорит и подтянется.

– Как вы тут? Растёте? – указал взглядом на свою крестницу. Мелкая такая, хотя уже прилично подросла. Полгода как-никак.

– А то! Вон уже как вымахали. – Леська, сидящая у матери на руках, сморщила носик и после, широко улыбнулась.

– Сейчас руки только помою, и сам проверю опытным путём, насколько вымахала принцесса. – подмигнув девчонкам, разулся и прошёл в ванну.

Уже сотый раз убеждаюсь в том, как охрененно, что ребята в своё время помирились. И Варя смогла простить Никиту. А то не было бы сейчас такой малявки с курносым носом.

Поиграв немного с Олесей, поболтав с её старшей сестрой Каришей, остался на кухне с Никитой. Варя в это время пошла укладывать девчонок. Сначала так, сидели, обсуждали разное. Работу в основном. И чуть позже переключились на более углублённые и отвлечённые темы.

– Я Катю встретил. – обронил между делом.

– Да ладно? И как она? Сто лет её ни видел, ни слышал. – брови друга от удивления поползли вверх.