Вдруг кассирша тебя сфотографирует? Как ты покупаешь презервативы?

– Через «Амазон». На вымышленное имя.

Мы едим друг друга глазами.

– В пентхаусе их у меня целая куча.

– Кто бы сомневался.

Я пытаюсь прочесть ее мысли, но волосы скрывают ее лицо.

Она надевает бюстгальтер, блузку, легинсы. Обувается.

Будь я проклят! Угораздило же вспомнить пентхаус!

Елена подбирает сумочку с пола, надевает очки.

Я тоже натягиваю рубашку и джинсы.

– Тогда сделаем так: я схожу в «Пиггли Уиггли», а потом мы пойдем к тебе. Надеюсь, у них есть касса самообслуживания.

– Ты хоть раз такой пользовался?

– Нет, но не думаю, что это сложно.

– Тебя может поджидать головоломка. Даже после кассы самообслуживания завтра о твоей покупке будет знать весь город.

– Я надену шляпу. У меня в машине есть шляпа.

– Ничего не выйдет. У тебя всемирная известность, одна я такая несведущая.

Мы стоим так уже несколько секунд, и я чувствую, что должен сказать кое-что еще.

Я очень этого хочу, но как доверять тому, что я чувствую в данный момент?

Я даже не знаю, что это за чувство!

Елена изучает мое лицо. Знаю, что она на нем видит: отступление.

Укрепление крепостных стен. Рытье защитного рва.

Она приближается к двери, пряча руки за спиной, – не иначе, нашаривает дверную ручку.

Я вожусь с пуговицей на джинсах.

Почему я всегда говорю одно и то же?

Воцарившуюся тишину нарушает только наше дыхание.

– Я ничего не планировал, Елена. Просто захотелось тебя поцеловать, а дальше… Сам не знаю. Пойдем куда-нибудь еще.

На ее лице появляется улыбка, подпорченная сожалением и бессилием.

– Я точно знаю, что происходит. Просто ты пришел в спортивный зал. Я захотела тебя, ты меня. Два взрослых свободных человека, только и всего.

Просто секс, ничего личного. Ты же этого хочешь, Джек?

Мы смотрим друг на друга в затянувшемся молчании.

– Я так и думала. – Елена опускает глаза, потом опять встречается со мной взглядом. – Увидимся на следующей репетиции. – Она разглядывает комнату, избегая смотреть на меня. – Давай поправим стол.

После этого она уходит. Открывает дверь и исчезает.

Я не пытаюсь ее остановить.

– Результаты МРТ неважные, Джек. Вам нужна операция. Иначе после нового столкновения сухожилиям в вашем плече настанет конец. – Доктор Уильямс смотрит на меня с сочувствием, держа в руке толстую историю болезни.

Он – лучший ортопед в штате, известный своими успехами в лечении ведущих спортсменов, от теннисистов до баскетболистов.

Я обратился к нему, чтобы сделать рентген и МРТ. В разгар тренировки на стадионе у меня случился новый спазм. Я поднимал штангу и чуть не потерял сознание от боли. Слава богу, что в тот день в спортзале не было Эйдена.

– Это даже не футбольная травма.

Доктор Уильямс кивает, садится за стол и внимательно на меня смотрит.