Не думала, что ты на такое способен. — Она выдавила из себя нервный смешок.

— Что ты имеешь в виду?

— Когда я спросила тебя о Камилле, ты не рассказал мне всей правды.

— В тот день я думал о покойном брате. У меня просто вылетело из головы, что женщина, с которой ты видела меня в лифте пять лет назад, была Камилла.

— Вылетело из головы?!

— Вот уж не предполагал, что ты запомнила ее. Ты права, я не очень-то стремился разобраться в этом до конца. Но кому нравится признаваться в собственных ошибках?! — воскликнул он, ожидая понимания с ее стороны. — То, что случилось между ней и мной в тот день и чему ты стала невольной свидетельницей, было следствием минутного соблазна, слабости. Но твое неожиданное появление отрезвило меня, и больше ничего ни тогда, ни потом не было.

— И ты надеешься, что я поверю в эту чушь?

— Пожалуй, мне следовало начать с самого начала. Когда ей было восемнадцать, Камилла была невестой моего брата, вернее его прикрытием, — с горечью сказал он, — потому что Винченцо был геем.

— Геем?! — в недоумении переспросила Энжи.

— Мои родители не могли с этим смириться и настаивали на том, чтобы он женился. Они обожали Камиллу, а она была без ума от Винченцо, который даже и не помышлял о свадьбе. Когда он погиб, Камилла горько оплакивала его смерть, и мать почему-то решила, что она составит мне хорошую партию. Я относился к ней с достаточной долей безразличия, а вот она ко мне нет... Возможно, потому, что я внешне очень похож на своего брата.

— Но я же видела вас вместе в лифте!

— Камилла прилетела в гости к своим друзьям на Сицилию и зашла в банк проведать меня. Я решил пригласить ее на ланч к себе домой. Все было пристойно до тех пор, пока она не бросилась в лифте мне на шею. Не буду говорить, что я остался к этому равнодушен, — с сожалением усмехнулся Лоренцо. — Не появись ты в тот момент, все бы закончилось постелью... Полгода нашего супружества без близости и мое страстное желание обладать тобой измучили меня и довели до исступления.

Энжи пришлось признать, что все его слова были сущей правдой. И хотя она не понимала тогда, почему он так настойчиво избегал близости с ней, теперь ей было ясно, что Лоренцо поступил правильно. Она никогда бы не повзрослела и не стала бы такой, как сейчас, уступи он ее детским, неосознанным домогательствам.

— Я бы просто переспал с Камиллой, а она заслуживала лучшей доли. Я бросился за тобой вслед, оставив ее в лифте без каких-либо объяснений. Прошло много времени, прежде чем она простила меня за это. А теперь мы иногда видимся с ней как добрые друзья...

— Какое емкое слово «друзья», сколько у него значений...

— На сей раз мы встретились с ней на конференции в Риме, — перебил ее Лоренцо.