Если я, как и остальные дети графа Шартран, родилась здесь, то почему никогда не слышала не только о магическом мире, но даже о своей родне? Из-за чего мы с тетушкой жили всегда довольно скромно, если мои братья и сестры здесь купались в роскоши? И для чего меня, в конце концов, вернули сюда? В чем причина моего возвращения? Почему родня объявилась только после смерти тетушки? Родители тщательно избегали моих расспросов. Братья с сестрами (две сестры и два брата) только пожимали плечами. Для них, как и для меня, было сюрпризом мое появление в этом мире. Но они старались не думать о том, о чем им думать не следовало.

В семейных хрониках, которые я отыскала в местном книгохранилище, ничего про меня не говорилось. Как будто кто-то стер любую информацию обо мне.

А я… Я никогда не любила сюрпризов! И терпеть не могла загадки и тайны, если они были связаны напрямую со мной!

– Войдите, – вяло откликнулась я.

Послышался скрип. Затем – веселый голос моей младшей сестры Мари.

– Так и знала, что найду тебя здесь. Арина была?

У нее, пухлой двадцатипятилетней шатенки с синими глазами и веселым характером, было уже трое малолетних детей и обожавший ее муж, какой-то там высокородный граф, дальний родственник одного из министров императора. И она тоже в свое время училась у леди Арины, а потому прекрасно понимала мои страдания.

– Ты к обеду спустишься? – спросила Мари.

Сил не было не то чтобы спускаться, но даже чтобы шевелиться. Вообще. Никаких.

– Желательно. У нас гости будут. Света!

Да, я выругалась. Вернее, выматерилась. По-русски. И нечего так возмущаться. Мари все равно ни слова не поняла. А я… Я имела полное право выражать свои эмоции подобным образом!

Бьюсь об заклад, мать снова пригласила какую-то свою дальнюю знакомую, у которой имеется неженатый отпрыск. Как же, старшая доченька останется старой девой! Нельзя этого допустить! Следует выдать ее замуж как можно быстрее!

– Это постоянное сватовство меня уже достало, – произнесла я вслух. – Ну вот как объяснить родителям, что в другом мире от меня никто не требовал заводить семью и рожать детей? И я не привыкла к давлению?!

– Никак, – пожала плечами послушная дочь Мари. Мои рассуждения были для нее полной дикостью. Она не привыкла расспрашивать или уточнять, всегда выполняла приказы в точности как услышала. – Они все равно не поймут. Свет, смирись. Тебя в любом случае выдадут замуж. Папа – близкий друг императора. Тебе подберут жениха побогаче и познатней.

У меня появилось желание повторить сказанную ранее фразу. Но я промолчала, чтобы не заставлять Мари краснеть повторно. Папа – друг императора, поэтому, Светочка, готовься, тебя будут замуж выдавать. Счастье-то какое!

Мне все же пришлось спускаться к столу в обед.