Он может стать от нее зависимым, хотя, кого Маар хотел обмануть? Он уже утонул в своем вожделении, погряз по самые яйца, и единственный способ разорвать это навязчивое наваждение обладать ей — это убить асс'aру. Убить Истану. Маар провел пальцами по ножнам, что лежали на столе, сжал в кулаке прохладную рукоять клинка. Внутри него разлилась чернота, закручивая его в воронку пустоты. Сердце бухало в груди горячо, надрывно, разжигая в нем гнев — сможет ли вонзить клинок в ее сердце теперь? Ярость на самого себя за то, что сомневается в этом, ошпарила кипятком. Если бы только можно было выжечь мысли и желания! Проклятье! Маар разжал пальцы, положив оружие обратно.

Одевшись, он вышел из комнаты, направившись к своим воинам. Он знал и другой способ забыться.

Внизу застолье после тяжелого дня только расходилось. Среди гуляющих были и девушки — пришли, видно, из любопытства, но от усталых, захмелевших после парилки мужчин, находящихся в слишком долгом воздержании, так просто сбежать не удалось, те охотно брали девиц в оборот. Из соседних закутков уже раздавались крики и постанывания, скрип досок. Едва насытившись, выходил один, и тут же шел другой.

Для каких-то семей в этом году будет приплод.

Маар невольно глянул в сторону длинного перехода, надеясь, что асс'aру заперлась изнутри. Конечно, никто не посмеет покуситься на нее, но все же. Маар мог доверять только самому себе, хотя с появлением асс'aру и в том начал сомневаться. Их переход затянется еще на несколько недель, если, конечно, все будет чисто, и порождения больше не встретятся на их пути. Маар ощущал тишину, холодную, неподвижную — все замерло кругом, и пока волноваться было не о чем, ближайшие сотни миль их путь безопасен.

Но не стоит слишком расслабляться, с каждым днем они приближались к самому опасному месту в Навреиме — крепости Ортмор.

Маар смотрел на раскрасневшиеся лица воинов, слушая их смех, но в мыслях четко выстраивал план их дальнейшего перемещения, его ум работал слаженно, без перебоев и провалов и днем, и ночью.

Чувствуя в себе уже достаточно хмеля, Маар отставил кружку — с него достаточно. Разморенный духотой, он позволил себе расслабиться, но стоило это сделать, как в теле его всплеснул жар до покалывания в ладонях, вновь захотелось сжать в своих объятиях асс'aру, слышать, как шелестит под ладонями бархат ее кожи, коснуться нежных и теплых влажных складок.

Внутренний исгар в нем взвыл — невыносимо! Ван Ремарт и сам не помнил, как поднялся и направился в сторону ее комнаты. Ему немедленно нужно утолить этот голод, иначе… иначе он испепелит сам себя от неутоленного желания и обезумеет.

Маар толкнул дверь, но та не поддалась. Асс'aру заперлась. Он стукнул кулаком, чтобы Истана открыла, но девушка проигнорировала его знак.