Конечно, настоящая радость начинается, когда головная часть попадет в цель, но обычно, при хорошем начале, обстановка на КП сразу разряжается, на лицах появляются улыбки, звучат шутки, какие-то байки… А сейчас и генерал Помазков, и генеральный конструктор Усов, а особенно Филиппыч сидели как на иголках, как будто главное испытание им еще предстояло и в его успехе они не были уверены.

«Карандаш» уже лег на боевой курс, когда в Ужурской ракетной дивизии с интервалом в четыре минуты стартовала вторая «Сатана». Это тоже был заявленный пуск, и он тоже был зафиксирован «Лакроссом».

Информация, полученная от американского спутника и подтвержденная сейсмологическими станциями, пошла по цепочке, регистрируясь в десятках журналов и компьютерных программ. Она обрывалась на уровне оперативных дежурных и руководителей смен, не поднимая из постелей только что уснувших руководителей Пентагона и Белого дома: плановые пуски – обычное дело, не о чем тревожиться…

Но на самом деле это были не обычные разрозненные пуски в Алтайской и Ужурской дивизии. Это было конечное экспериментальное испытание совершенно новой системы, и оно, конечно же, давало руководителям США основания для тревоги. Но они об этом не знали.

Даже в Алтайской дивизии, и даже в сердце пуска – в бетонном КП, про суть происходящего знали не все. Для большинства – это плановый ежегодный пуск, и только присутствие генерального конструктора и его коллеги вызывало некоторые вопросы. Но и это не является чем-то из ряда вон выходящим – конструкторы иногда присутствуют на пусках, чтобы лично убедиться, как ведут себя их «изделия» в войсках.

– Товарищ конструктор, вас «Камертон» на связь запрашивает! – буднично сообщил подполковник Ребров.

«Камертон» – позывной командного пункта Ужура, и там дежурил заместитель генерального конструктора. Усов вздрогнул и быстро схватил тяжелую трубку специальной связи.

– Роль «стреляющей смены»? – отрывисто уточнил Усов.

– Вообще никакой! Они в этот момент даже за пультом не сидели!

– Ну что ж, поздравляю!

Усов пристегнул трубку к аппарату и на вопрошающие взгляды ответил всем сразу:

– Головное изделие подняло ожидающее! Оба идут на цель!

Помазков улыбнулся. На его всегда каменном лице улыбка выглядела непривычно.

– Можно считать, что система работает?

– Дождемся вестей с Куры, – Усов похлопал своего молодого спутника по плечу. – Тогда Филиппыч получит все пряники: и Звезду Героя, и лауреатство, и все остальное…

Филиппыч блаженно улыбался. Голодный блеск в глазах погас.

Через двадцать минут поступило сообщение с камчатского полигона Кура: зафиксировано попадание головных частей обеих ракет в заданный квадрат!

– Теперь можно сказать, что система работает! – торжественно объявил Усов.