Стены вокруг снова начинают шататься. Как мне вообще удается стоять? Благодаря Блейку, осознаю я. Он в буквальном смысле держит меня за шкирку.

– В изолятор? – квакаю я.

– Из-за симптомов гриппа, – поясняет она. – Вероятность того, что в нашу больницу пробрался DSKH-DL, невелика…

– DSK… что? – рявкаю я.

– Овечий грипп, – уточняет она, и на лице Блейка появляется ужас. – Как я уже сказала, это маловероятно, но мы принимаем все меры предосторожности. Вы член семьи мистера Каннинга?

– Да, – без колебаний говорю я. Ведь это правда.

У нее поднимаются брови.

– Кроме меня, у него в Торонто никого нет, – говорю тогда я. – Мы живем вместе.

– Ясно, – терпеливым голосом произносит она. – Давайте я объясню правила карантина. Пока не пришли результаты анализов, в изолятор допускаются только члены семьи или назначенные ими лица и только при соблюдении карантинного протокола. Это делается, чтобы не подвергать опасности других посетителей и пациентов.

Две огромные лапищи хватают меня и оттаскивают с дороги.

– Так, Весли. Нам надо перегруппироваться. – Блейк разворачивает меня, ставит к стене и прижимает к ней мои плечи. – Где его родственники? Ты должен им позвонить.

Блядь. Я выдергиваю из кармана мобильный.

Но Блейк его отнимает.

– Только не перепугай их, окей? Хватит и того, что ты сам себя свел с ума.

– «Каннинг Керамикс», Синди у телефона.

Несмотря на свою решимость оставаться спокойным и собранным, от тепла в ее голосе во мне включается нечто такое, о существовании чего я не знал.

– Мам? – хриплю я. Окей… я никогда не звал ее мамой. Ни разу. Не знаю, почему назвал так сейчас.

– Райан, дорогой, что с тобой?

Я закрываю глаза и пытаюсь взять себя в руки.

– У нас кое-что случилось, – говорю осторожно. Но я вряд ли смог ее провести, потому что мой голос дрожит. – Джейми попал в больницу с симптомами гриппа. Вчера у него болела голова, а сегодня он потерял сознание на работе. Пока это все, что мне известно.

– Так, Райан, сделай-ка вдох. – Почему все говорят мне дышать? Но я все-таки слушаюсь, ведь меня просит Синди. – А теперь скажи: «Все будет хорошо». Три раза подряд.

– Райан, у меня шестеро детей. Это важный момент, если хочешь остаться в здравом рассудке. Давай. Говори. Так, чтобы я слышала.

– Все будет хорошо, – выдавливаю я из себя.

– Все будет хорошо. Все будет хорошо.

– Молодец. Теперь скажи, где ты.

Я коротко пересказываю то, что услышал от медсестры.

– Значит, чтобы тебя пустили к нему, нужно мое разрешение. С кем мне связаться?

Кто-то что-то сует мне в лицо. Это Блейк. И он держит листок с «Правилами регистрации пациентов и посещений». Там телефон.

– Спасибо, – беззвучно говорю я. Потом даю Синди номер.

– Хорошо, дорогой. Я позвоню им прямо сейчас.