– Правда можно?

– Ешьте, ешьте, я сыта, – заверила ее Ефросинья.

– По ресторанам ходишь… Что же здесь делаешь?

– Так получилось, в жизни все бывает.

– Точно! – согласилась Люсьен и принялась есть с большим аппетитом и даже с жадностью. – И соус тут… ой, и зелень… Давно я такого не пробовала.

– Откуда вы знаете русский? – спросила ее Фрося.

– Я лет восемь жила с одним русским, а он говорил только на своем языке, больше ни на каком.

– Многие наши именно так и ведут себя за границей. Не хотят учить иностранные языки, – завязала «светскую» беседу Фрося.

– Павел был хорошим человеком, но это было давно. У меня была трудная жизнь, что сразу видно по моим морщинам в пятьдесят-то лет, – вздохнула тетка.

И Фрося еле удержалась, чтобы не воскликнуть от удивления. Она-то думала, что женщине уже лет восемьдесят.

– Что, старо выгляжу? – усмехнулась Люсьен, заметив ее реакцию. – А все алкоголь, никотин и наркотики. Не иди по моим стопам!

– Я и не иду, – икнула Фрося.

– Если дошла до ночлежки, далеко можешь пойти.

– Говорю же, я случайно оказалась здесь.

– В жизни ничего не бывает случайно. Всему есть причина. И свое предназначение… Я-то осталась без определенного места жительства уже очень много лет назад. – Люсьен облизала пальцы. – Еще еда есть?

– Жалко. Ну, ладно, будет день – будет и пища… Я одно время даже не жалела, что у меня нет дома. Путешествовала по Европе, жила в разных местах, видела много и хорошего, и плохого, встречалась со множеством людей. Иногда ночевала как королева, а порой – просто под кустом. И с возрастом стало уже тяжеловато вести такой образ жизни, и я захотела где-нибудь остановиться. Вот судьба и направила меня в этот приют. Я тут год живу.

– Разве так надолго можно оставаться в ночлежке? Мне сказали, что всего на несколько дней разрешается, – сказала Ефросинья.

– Так и есть. Просто бюджет для содержания приюта настолько маленький, что нанять работников на постоянное обслуживание – невозможно. Волонтеры приходят временно, сезонно. А я вот осталась здесь в маленькой комнатке на первом этаже – на условиях уборщицы. Перестилаю после жильцов белье, прибираю комнаты. Кстати, как тут было убрано?

– Нормально. Хотя в целом – убого, – буркнула Фрося.

– Ну, уж извини! Вкладывать личные средства в обогащение приюта не входит в мои планы, тем более за неимением этих самых средств.

– Хорошо, что вы устроились как хотели…

– Как смогла, – поправила Люсьен. – Поначалу планы в жизни были наполеоновские, но алкоголь привел меня к определенному итогу. Так к чему я все говорю-то… Здесь в основном появляются люди определенного склада – пожилые или выглядящие старыми, дурно пахнущие, опустившиеся. Но останавливались и туристы.