Дроговозов Дмитрий, единственный из всех гостей без пиджака, облачённый в обычный полосатый, но очень стильный свитер, весьма часто цеплял мой взгляд на сегодняшнем мероприятии… и каждый раз, этот взгляд был пойман пристальным наблюдательным мужчиной, внимание которого к концу вечера казалось уже слишком навязчивым.

Мягкое подталкивание в сторону навеса, где проходил сам банкет… где сейчас вообще никого не было, взбесили.

— Отпустите меня, немедленно.

— Я хочу просто с тобой поговорить.

— Вы забыли спросить о том, хочу ли этого Я!

— Да ладно тебе… ты красиво поёшь…

— Обычно я пою, — крайне раздражённая, обошла мужчину по дуге, не ожидая до последнего, что он вдруг резко поддастся вперёд, чтобы схватить меня за руку, и притянуть к себе. — ЭЙ!

Отпустили меня даже быстрее, чем я успела вскрикнуть.

Дроговозова дёрнул на себя непонятно откуда возникший Орлов.

— Дима, ты не охерел?

— Нет. Ты думаешь, только тебе можно спать с чужими девками?!

Тимофей Владимирович бросил на меня мрачный взгляд, тут же переводя всё внимание на своего друга.

— Что ты несёшь?! Я не сплю с чужими женщинами… и Дарина — не девка!

— Да уж как же! Ты увёл у меня Наташу.

— Дима, сколько тебе можно повторять: не было у меня ничего с этой приблажной… почему она тебе наврала, я не знаю. Это вообще мало интересующие меня подробности! Давай, не будем ссориться?

Дроговозов так не считал.

Взвизгнув, я отскочила в сторону, когда Дмитрий набросился на Тимофея, задевая пару столов, ломая их тем клубком из тел, который у этих двоих получился.

Казалось, у меня сердце остановилось от ужаса. Я не знала, что предпринять: бросаться звать на помощь или просто кричать… потому что «кричать» — это сейчас для меня было совсем легко.

Ни того ни другого я себе не позволила. Схватив огромный металлический таз, вмещающий в себя бутылки три шампанского, уже выпитого празднующим населением, высыпала кубики льда с подтаявшей водой на дерущихся, быстро подскочивших на ноги.

Разбитая губа Дроговозова и нехилая гематома на скуле, конечно, проигрывали небольшому синяку под глазом Орлова, но фингал того обещал «загореться» ярче к утру.

— Вы вообще дебилы?! Что тут устроили?! У вашего друга, чтоб вас, СВАДЬБА!!! Так разве ведут себя настоящие друзья?! А ну, быстро разошлись! Завтра будете разбираться, недоумки чёртовы?! Кукол они не поделили, скотины двухметровые!!! Ещё совести хватает претензии кидать!!! К психологу на приём! — указав пальцем в сторону, вызвала дикий смех у неадекватной парочки, ещё недавно отпускающей друг другу тумаки. — Вы — дебилы?!

— Уже было, кроха, — хмыкнул Дмитрий, тут же зашипевший от боли. Кровь на его губе засочилась сильнее.